Naar. Dance on the verge

Объявление

РЕБЯТ, МЫ ПЕРЕЕХАЛИ ВОТ СЮДА (баннер ниже) БУДЕМ РАДЫ ВИДЕТЬ НОВИЧКОВ И СТАРИЧКОВ) Наар. Танец на грани

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Naar. Dance on the verge » Отыгранные фб и альты » "- Кто твой дилер?! - аха, держи!" [рейтинг +18]


"- Кто твой дилер?! - аха, держи!" [рейтинг +18]

Сообщений 1 страница 30 из 32

1

Предупреждения: возможны жестокие сцены с избиением.... И убийством человека ^^
внимание: употребление алкоголя вредит вашему здоровью


Кто сказал, что быть Стражем порядка в этом чертовом городишке легко? Ноги бы вырвать тому за бессовестную ложь. Ничего легкого. Сплошной мрак. Аресты, засады в темных вонючих подворотнях, бесконечные отчеты...кобура, давно уже ставшая частью тела...
И надо же бы такому произойти, что в твой первый за этот долбаный месяц нормальный, без чп и вызовов, выходной, в зад твоего крузака въезжает какой-то укуренный урод на дорогой иномарке...

Участники: Фенрир, Провожатый, Страж
Место/время/погода: изначально: какие-то задворки на окраине городка. Метров четыреста от цветочного ларька. Часов восемь вечера, холодная промозглая осень.
позднее: теплый и уютный полицейский участок. Настолько же неуютная небольшая допросная со скудной (стол, два стула, все прибито к полу) мебилировкой.

0

2

[NIC]Виталий Домберг[/NIC][STA]смерть оборотня и покой - серебряная пуля;[/STA]

Доберман. Он же Витя Домберг. По паспорту - как ни странно, Виталий Юрьевич. Оперативник в звании капитана. Лет около тридцати, худой и жилистый. Волосы темные, короткие, глаза серые.
Характер в описании не нуждается.
Биография - тем более.

Букетик, конечно, не ахти. Доберман с сомнением повертел в руках купленный им жидкий хризантемовый веник и отправил его на соседнее переднее сиденье. Сойдет. Люська непривередливая. Не только на порог пустит, но и чаем напоит. И с собою рядом уложит. Это не Лена, вокруг которой нужно с месяц ходить кругами, распевая серенады, как гнусавый мартовский кот под окном возлюбленной. И не только распевая, но еще и задаривая подарками... начиная от тех же цветов (к слову, без роз и подступиться не моги) до колец с бриллиантами. К слову, когда дело дошло до кольца, Доберман красочно послал недоступную красавицу по всем известным ему матерным адресам и переключился на Люську. Благо та, не особо избалованная мужским вниманием, была и не особо против.
Да, не королева красоты. Но, в конце концов, ему от нее рожа смазливая нужна? Так... отдых хоть какой-то от всей этой гребаной круговерти. Причем в первую очередь даже не физический, а моральный.
Никакой любви, чисто взаимовыгодные отношения. Ей - возможность хвастаться перед подружками парнем-ментом (пусть тот и появляется от силы раз в неделю), ему - пресловутый отдых. Благо Люська благоразумно разговорами о работе не доставала.
Хотя порой очень хотела, по лицу видно. Но любопытство свое держала в узде, за что ей честь и хвала. Хватило того тумака, который он ей как-то раз отвесил на нервах за невинный вопрос: "Ну что, сколько бандитов посадил мой герой на этой неделе?"
Доберман опустил стекло и сплюнул на асфальт. Снова нажал на кнопку, позволяя осеннему промозглому ветру остаться за пределами автомобиля.
Погодка хреновая. Впрочем, когда под боком у тебя сопит кто-то теплый и уютный - вполне терпимо.
Включил радио, убавив звук почти до минимума. Привычка. Вроде и не совсем в тишине, а вроде и слов не слышно. Тем более если учесть, что от все той хрени, которая в изобилии лилась из приемника по всем каналам, у опера откровенно вяли уши.
Привычно хлопнул ладонью по боку и усмехнулся. Совсем забыл. Пушку же в отделе оставил...
Расслабься, Витя. Сегодня ты гражданский. Наслаждайся покоем и тем, что не нужно сегодня ни гоняться за каким-нибудь грабителем, ни чуть позднее выбивать показания у него же.
Ремень безопасности чуть щелкает, входя в паз. В принципе, раньше Доберман преспокойно ездил и без него. Это теперь сие мероприятие стало необходимым. Иначе срабатывала автоматика, реагирующая на возмутительное отношение водителя к собственной безопасности противным и резким дилиньканьем.
К слову, отключить эту дрянь не вышло. Ни в одном автосервисе.
Автомобиль негромко ворчит, заводясь. За что Доберман любил импортный автопром - за то, что его изделия работают практически бесшумно. Не то жестяное ведро с болтами, на котором он ездил юным сержантом. Да, было время... даже вспоминать не хочется.
Доберман мягко выжал сцепление-газ, одновременно переключая передачу. Глупо, наверное, но новое авто, купленное им неделю назад, вызывало у него какое-то мальчишеское чувство удовлетворения. Большая тачка. Черная. Статусная и дорогая. Мечта юного оперка, только-только хлебнувшего суровой полицейской жизни.
Мечты сбываются, ха. И Газпром тут вовсе ни при чем... главное знать, от кого и как грамотно брать деньги.
Машина трогается, скользя по ухабистому асфальту, как по стеклу. Неторопливо набирает скорость.
Мягкий поворот руля, направляющий автомобиль на соседнюю улицу...
Какое-то странное движение, краем глаза уловленое опером в боковом зеркале...
И смачный звук удара.
Машина дернулась и встала.
Доберман автоматически выключил зажигание. Открыл бардачок.
Потертый и утративший заводской блеск импортный кастет привычно сел на руку. Левую. Еще одна привычка. С нее удар почему-то получался сильнее.
Резким движением открыл дверь, вышвыривая тело наружу. Мокрые камушки обочины противно хрустят под подошвой.
Ну все, ублюдок, тебе хана. Можешь сразу копать могилу.
И поглубже.

Отредактировано Рхан`торр (2017-02-11 15:44:42)

+1

3

Светское общество, подавитесь, сука. Лиса уже давно никто не видел в свете, он решил упрямо залечь на одно, особенно после одного случая, который произошел с ним около месяца, а может и боле, (из временных рамок парень благополучно выпал). Сейчас он снова ехал в один клуб, который не менял уже долгое время, что странно для Лиса. Да и вообще, парня за это время жизнь знатно потрепала жизнь: широко распахнутые глаза с расширенным зрачком, большие синяки под ними, выпирающие ребра... В общем, видок у него был еще тот, не говоря уже об исколотых и порезанных рук, которые он предусмотрительно прятал за длинными рукавами.
А случилось с ним вот что, наверное, рано или поздно случится должно было бы: устроившись в очередной клуб, парень никак не мог подозревать, что его подсадят на наркоту, более того, он никак не мог знать, что ему это понравится. Хорошо хоть телом пока торговать не заставили.
Впрочем, его бы и эта перспектива не обидела. Что его вообще может обидеть-то? Лису совсем крышу снесло, никогда он даже не заикался о наркотиках, пока не попробовал. И кажется он получил вполне то, что хотел, его унесло так, что о скуке вспоминать просто не пришлось. А не сиделось ему спокойно именно из-за нее.
Вел он, честно сказать, отвратительно, совсем. На соседнем сидении валялась пачка сигарет, почти не тронутая, Лис курить не любил, но... иногда приходилось, а так же пистолет, этот район не слишком благоприятен для него - смазливого мальчишки-наркомана. Впрочем, он им никогда не пользовался, да и не уверен был, что сможет выстрелить, и, главное, что помнит как вообще стрелять.
На погоду Лис не обращал ровно никакого внимания, да и на скорость свою тоже. Вот-вот, да ломка схватит, нужно было быстрее добраться до пункта назначения. Разум как обычно затуманен, все это время просто не менялось положение вещей. Внутренне он матерился на звонки кого-то из родных или знакомых, мысленно можете посмотреть на верх, Лис всегда так делал. Они-то там, наверху, смотрят на него с презрением и отвращением. Что, он и сам на себя так смотрит, когда немного отпускает, а сейчас лишь злобно хмурится. Сбрасывая очередной звонок кого-то знакомого, которого он не помнил, или делал вид, что не помнит.
Задумываясь в очередной раз о тех напыщенных ублюдках, он забыл, что ведет машину, что на дороге есть еще (откуда, мать его, здесь?!) и другие, поэтому он внезапно замечает, что встал. Вернее врезался. В достаточно дорогое авто. Мозг долго соображал, пока все же не заставил мальчишку вылезти из машины, недовольно щурясь и замечая водителя того авто.
А водитель его слегка удивил. Достаточно быстро продвинувшись к мужчине, непозволительно близко, он натянул на личико гадкую усмешку, совершенно не замечая ни злобного настроя, ни кастета. Обвив чужую шею руками, он дерзко примкнул к чужим губам, кусая, но тут же резко отшатнувшись. Замирая и удивленно хлопая глазами. Показалось?..
Лис прокручивает в голове ситуацию. Здесь стоит какой-то левый парень. Злой парень. И он разбил его машину. Дорогую машину. И Лис может купить ему новую, но тот его явно слушать не будет. Во-первых, он его поц... Левого парня! Во-вторых, тот явно зол. Не просто зол, очень зол. Слишком зол... И Кастет явно не предвещает ничего хорошего. Вообще. Судорожно соображая, что делать, он внезапно понимает, что делать нечего. Все еще удивленно пялясь на него, он мотнул головой, жмурясь.
Прекрасно. Просто, сука, прекрасно. Косится на свою собственную машину, слегка щурясь. Пистолет? Серьезно? В тюрьме посидеть захотелось? Да и криворукий ты дебил, глянь, руки трясутся. Воспоминание о дозе, заметно пошатнуло паренька, заставляя поджать губы, сжимая зубы до скрипа. И с ожиданием глядя на мужчину, решение пришло быстро, он не сможет ни убежать, ни отвертеться, а значит остается просто смотреть и ждать, приняв все. Может обойдется несколькими переломами?
[NIC]Лис Кенер[/NIC] [STA]Я люблю [/STA] [AVA]http://se.uploads.ru/t/DmxYk.jpg[/AVA]

+1

4

Серый порш. Дорогая штучка, мать твою. Ну погоди, бабуин хренов... ближайшие месяца два он тебе больше не понадобится. Будешь до-олго, мучительно и больно сращивать переломанные кости...
Парень, сидевший за рулем, вылез сам, заставив Добермана ощериться. Не стал ждать, сученыш. Облегчил задачу.
Походка опера становится шире, жесткие железные кольца на руке ощутимо нагреваются, предчувствуя кровавую поживу. И плевать, что это, по ходу, очередной мажорик. И пусть хоть рота адвокатов наутро стоит под дверями отдела, размахивая бумажками и тыча пальцем в описание непоправимого вреда здоровью, нанесенного деточке.
Совсем эти мрази зажрались, давно пора преподать урок хорошего поведения.
С мелкими уродами, подобными этому, Доберман сталкивался не впервые. Последний раз отец сам пришел извиняться за нахамившее дите, справедливо подумав, что проблемы с ментами ему не нужны. Хотя, какой это был мажор... так, мелкая сошка. Сынок хозяина забегаловки на южном конце города. Этому... (подходящего слова не находилось даже среди нецензурных) на порше он и в подметки не годился.
Не только не стоит на месте, но еще и идет навстречу. Легкой штормящей походкой. Бухой или обдолбанный, третьего не дано. Впрочем, капитану на это было плевать. К слову, это обстоятельство только еще больше подогревало и без того клокочущую злобу.
Три шага... два...
То, что последовало за этим, окончательно снесло Доберману крышу.
Щенок полез обниматься.
А затем - еще и целоваться.
Твою мать, этот ублюдок, что, еще и голубой?
Рука сработала быстрее разума.
Левая, ощеренная кастетом, со всей силы жестко впечатывается мажорику под дых. В принципе, с такими ударами надо быть осторожным. Можно и дух вышибить... если попадешь по солнечному сплетению. Только вот на сложные алгебраико-физические расчеты подобающей для использования силы разозленный до крайности опер сейчас точно не был настроен. Бил для того, чтобы выместить злобу и причинить боль. По возможности сильную боль.
Мажорик с диким судорожным кашлем сгибается пополам, так и не увидев удовлетворенного волчьего оскала Добермана.
А от последовавшего за этим столь же жесткого удара коленом в пах и вовсе не устоял на ногах, свалившись на грязный мокрый асфальт в позе эмбриона.
Больно, гаденыш... больно.
Ничего, таким, как ты, эти органы без надобности. Подобные твари вообще не должны размножаться.
Пара (или пара десятков?) пинков добавилась уже как-то сама собой. Кажется, один из них пришелся мажорику по роже. Во всяком случае, после одного из них под носом у того зазмеилась извилистая красная полоска.
Удержаться от продолжения оперу помогло, наверное, лишь чудо. Иначе не скажешь. Ведь, как известно, человека, который, находясь в состоянии ярости, от души метелит кого-то ногами, остановить практически невозможно. Не говоря уже о том, чтобы он притормозил сам, без постороннего вмешательства.
Хватит с него, Доберман. Хватит. Мертвые денег не платят.
А их на ремонт твоей тачки уйдет ох как прилично...
Последний пинок, уже больше для порядка, чем действительно от души.
Убедившись, что щенок никуда не удерет - не в состоянии просто физически, Доберман подошел к его машине. Открыл дверцу. Бегло оглядел салон.
Оба-на.
Пушки - детям не игрушки...
Пистолет отправляется в задний карман. Левый ствол не помешает никогда. Вещь нужная.
Наркоту Доберман в порше искать не стал, хотя и прекрасно знал все места, куда ее обычно в машине ныкают. Смысла нет. Будь она, этот ублюдок уже валялся бы сейчас в наркотическом коматозе. Удержать наркомана от принятия дозы, находящейся в прямой доступности - надо постараться.
В бардачке - пусто. Ни документов, ничего. Ни-че-го.
- Проедем-ка, сволочь, с тобой в отдел... - с какой-то хищной насмешкой произнес капитан. Впрочем, больше для себя, чем для мажорика. - Для выяснения личности...
Кстати, позади как раз послышалось шевеление...
Обернуться. Встретиться взглядом с криво усевшимся на асфальте пареньком.
И вновь поддаться нахлынувшему приступу злости.
Щенок не успевает и возмущенно пикнуть.
Доберман хватает его за шкирку, вздергивая на подгибающиеся ноги.
И с неимоверным удовольствием припечатывает дверью его же порша поперек тощей тушки.
На, добавочки, раз основного блюда не хватило, чтоб нажраться...

Отредактировано Рхан`торр (2017-02-08 19:30:33)

+1

5

Удар под дых ожидаем, заставляет согнуться пополам, сжав зубы. Физическая боль достаточно быстро отрезвляет, а из легких будто выбивают весь кислород, однако попытки схватить его ртом не предпринимаются, слишком больно, чтобы не забыть о такой мелочи. Кашель - вторая ступень, последующая после ощущения этого слишком сильного для тела удара, и, хотя, это происходило довольно быстро, для Лиса это длилось вечность. Третья - попытаться поймать воздух и прийти в себя, но Лису это сделать не удается.
Вторая вспышка боли заставила и вовсе грохнуться на землю, жмурясь и не предпринимая никаких абсолютно попыток противиться. Только руками голову прикрывает, убьет ненароком, посадят, бедного. И теперь Лису кажется, что боль от ломки - это всего лишь шутка, нет, его избивали, но не с таким остервенением. Все таки вещицы - не игрушки. За них и убить могут.
И мальчишка понимал, что этот человек не остановится, однако, смутная надежда на это все еще теплилась где-то в душе. Шумно выдыхая, жмурясь и сжимая зубы, стараясь не кричать и, по возможности, не извиваться, он терпел. Мало ли, но ощущения так себе.
Что чувствуют люди, когда их избивают? Лис осознал это только сейчас. Будто бы сознание отключается, заставляя лишь сосредоточиться полностью на ударах, которые сыплются на тебя как из рога изобилия, понимать или что-то осознавать не удается, остается лишь без смысла метаться по земле, ежиться и дрожать.
В одно мгновение удары прекратились, но парень некоторое время пролежал в напряжении, но надолго его не хватило, расслабился, тут же одной рукой затыкая рот,  другой ухватываясь за живот. Хриплый кашель вырывается изо рта, заставляя содрогнуться всем телом.
Лис слышит щелчок двери машины. Уехать собрался или меня переехать? Находит в себе силы и принимает сидячее положение, слегка усмехаясь. Просто потому, что неизменная привычка тянуть лыбу даже в самых неподходящих ситуациях въелась настолько, что боль не помогает от нее отказаться. Но тут же жмуришься, нахмурившись и касаясь рукой ребер. Сломал али просто трещина? Хруста слышно не было, вроде бы... Нервно замирает, понимая, что:
Первое, в машине не было документов. Их просто не было. Лис вообще не думал, что будет пользоваться этой машиной, она не подходит под этот клуб, да и под его одежду тоже. А, стоит напомнить, одет он был так себе. Ему было некогда заботиться о ней. Небрежность этакая. На пареньке была лишь серая рубашка, да джинсы, да и выглядела одежка так себе, сразу видно, дешевая.
Второе, там лежит пистолет. И на него документов в машине тоже не было. И, пусть Лис им не пользовался ни разу, это так же могло сыграть не в его пользу.
Третье, тело изнывало не только от боли, причиненной этим "пострадавшим", но и от того, что ломка давала о себе знать, медленно и неумолимо приближая Лиса к черте, когда тот вообще не сможет ничерта соображать, лишь свернуться в клубочек и дрожать от боли, скуля. Мальчишка не становился при ломке сумасшедшим нариком, который за дозу убьет, у него просто не оставалось на это сил, все они уходили на сопротивление.
- Проедем-ка, сволочь, с тобой в отдел... Для выяснения личности... - доносится до парня будто бы из далека, уставившись на мужчину, он замирает с ожиданием. Отдел? Мент? Стоп... клуб. ЛОМКА! паника, охватившая Лиса, благополучно скрылась за хилой полуулыбкой.
- Зачем тебе моя личность? Тебе деньги нужны? - Да, Лис приехал на дорогой машинке, однако он не сильно походил на богатенького сынка. Ни поведением, ни прикидом. За словами тут же вылетает болезненный кашель, парень морщится исподлобья глядя на мужчину. - Избил? Успокоился? - выдыхает, закрывая глаза и морщится, то ли от боли, то ли от отвращения к внезапно появившемуся менту. Повезло же, сука.
Но видимо тот не успокоился. Хрипло выдыхает, ощущая, как его хватают за шкирку и... припечатывают дверью его авто, а вот теперь точно сломал. Ребро. Али два, а может быть и три. Шипит, закрывая глаза и стараясь привыкнуть к боли. Что же тебе неймется, собака, машины жалко? Да куплю я ее тебе, мать твою! Слабо дергается, не намереваясь вырваться из цепких рук, а просто, инстинктивно.
Падая обратно на асфальт, держится за ребра не открывая глаза. Пока что молчит, но раздражение начинает подкатывать с новой силой. Какого черта? Справившись с болью, поднимает насмешливые глаза на "собаку" ментовскую. Слегка морщась.
- Океей, в отдел так в отдел. - кривит губы в кривой дрожащей усмешке, заставляя себя снова сесть. Хотя это и было невыносимо больно. С переломанными ребрами то. И дышать приходилось осторожно, маленькими "глотками" воздуха, стараясь не причинять самому себе еще больше боли. Сжимая зубы, слегка щурится, вспоминая про пистолет. - Дядечка, а вы знали, что в чужую машину без разрешения лезть ни-ни? -  почти сразу же прикусывает сам себе язык, закрывая ладонью рот, и жмурится. Ну нахер, блять
[NIC]Лис Кенер[/NIC] [STA]Я люблю [/STA] [AVA]http://se.uploads.ru/t/DmxYk.jpg[/AVA]

+1

6

- Зачем тебе моя личность? Тебе деньги нужны? Избил? Успокоился?
Гляньте-ка на него. Хозяин жизни хренов. Скоро легкие выплюнет вместе с кашлем, боль нутро рвет полосующей волчьей хваткой, а все туда же. Гонору столько, что на кучу народу хватит, и еще останется.
- Деньги, щенок? - Доберман наклоняется, не моргая смотря в глаза с расширенными зрачками. Презрительно сплевывает в сторону, не заботясь о том, куда угодит - на асфальт или же мажорику на ногу. - Много ты их за свою жизнь заработал, чтобы так легко раскидываться. Батины, небось? Так и думал... Пошел ты к черту со своими подачками, - с ледяной брезгливостью выдыхает прямо в лицо и поднимается. На губах столь же холодная улыбка. Едва заметная и слегка походящая на оскал пса, взявшего верный след. - По-другому отработаешь.
Наркушу уже ломать потихоньку начинает, невооруженным взглядом видно. А еще через пару часов он родную мать на органы за дозу продаст. Вот тогда и можно будет с ним поговорить.
Сначала по-хорошему. А там уже - как пойдет.
Оперский арсенал о-очень богат. Рано или поздно что-нибудь да найдет свой отклик у пациента. А вместе с ломкой они сделают свою работу еще быстрее.
Дело стоило подобного маленького отступления от закона. Дилер никогда не помешает. В их небольшом городке за такую крупную рыбку можно получить очень солидную премию... если, конечно, эту рыбку удастся выловить... а такой шанс предоставляется редко. Слишком уж эти твари осторожны.
Мобильный телефон к левом кармане джинсов залился стандартной трелью. Люська. Доберман не глядя нажал на кнопку сброса звонка и отключил звук. Не до нее сейчас.
Поймет, не в первый раз.
Щенка придется везти на своем авто. Помять-то тачку этот ублюдок помял, но вряд ли настолько, что она будет неспособна даже сдвинуться с места.
- Океей, в отдел так в отдел. Дядечка, а вы знали, что в чужую машину без разрешения лезть ни-ни?
Злоба, уже вроде было угомонившаяся, от этих слов вновь поднимает голову.
Пинок в грудь, по ребрам, отправляет недоноска назад, на асфальт.
- Чужую машину тоже водить нельзя, - в голосе нескрываемая насмешка. Типичный нарик, слова быстрее разума. И полностью атрофированное чувство страха. - И в чужую тачку въезжать - тоже, - сопровождается еще одним пинком по ребрам.
- Вставай, падаль.
Снова нагнуться, грубо вздернуть на ноги. Заломить руку, чтобы даже мысли не было дернуться. А если и возникла, то быстро потонула в багровом облаке боли.
Доберман подтащил мажорика к правой стороне машины, небрежно толкнул, заставляя сползти по крылу на землю. Окинул критическим взглядом и усмехнулся.
На пару минут без присмотра оставить можно спокойно.
Полез в свой бардачок. Закинул туда реквизированный у нарика пистолет и  свой кастет. Порылся, раздвигая содержимое.
Выудил наручники.
В принципе, он планировал использовать их сегодня несколько по-иному... но и сейчас они весьма кстати. Браслеты не повредят, мало ли что взбредет в голову наркоману.
- Спорю, таких украшений ты еще не носил. Не золото, звиняй. Или платину предпочитаешь?
Одна половина защелкивается на правом запястье мажорика. Вторая, после того, как Доберман, вновь подняв его на ноги, толкает парня на переднее сиденье - на поручне над окном.
Опер захлопывает дверь, не обращая внимания на то, остались ли между нею и крылом какие-либо части тела нарика. Усаживается сам на водительское сиденье. Пристегивается. Заводит.
Мотор неохотно, но начинает ровно ворчать. Хорошо. По крайней мере, до отдела он сегодня доедет.
Доберман уже было трогает рычаг переключения передач, но, вспомнив, косится на мажорика. Щелкает его ремнем безопасности, перетягивающим щуплую грудь, словно орденская лента.
Теперь другое дело.
Долбаная автоматика вопить не будет.

Отредактировано Рхан`торр (2017-02-08 19:36:40)

+2

7

- Деньги, щенок? Много ты их за свою жизнь заработал, чтобы так легко раскидываться. Батины, небось? Так и думал... Пошел ты к черту со своими подачками,  по-другому отработаешь. - и Лис не понимает. Он, конечно, принадлежит к "высшему обществу", однако, никогда не пользовался родительским добром, нет, конечно, связи у него имелись из-за родителей, но чтоб... Криво усмехается, слова задели, что ж сказать, никогда не думал он, что его будут попрекать деньгами, которые он сам считал за подачку, да подарками, которыми обычно никогда не пользовался. Удивленно непонимающе смотрит в глаза напротив. Неужели похоже на то, что я, мать твою, шляюсь по высшим заведениям, одеваюсь с иголочки, гоняю на такой машине часто, да девок снимаю по клубам? Нет, к такому парнишка явно не привык. Совсем. С ним разговаривали по разному: шептали какой-то любовный бред, и парни, и девушки, разговаривали с правилами хорошего тона, гнали, пытались унизить, обращались как с мразью, однако... Никогда не считали мажором, который тупо тратит деньги родных, гоняя на дорогих тачках, бросая их в рожу ментам, да просто в баре.
Разум подкидывает момент, когда Фенрир бросил деньги в том замызганном клубе, не смотря на номинал купюры, заставляя улыбнуться его. Нет, ему никогда не нужны были деньги, а если и нужны когда-то были, то ему хватало того, что он зарабатывал собственной шкурой.
- Ты мне на голову свалился нотации читать? - Лис выражает насмешку, явственную насмешку, за которую его порой начинали ненавидеть. Угораздило взять эту гребанную машину. Косится на серую, глаза удивленно расширяются - пистолета нет. Но скрывает по привычке свою находку, перекрывая свое непонимание и удивление легким прищуром. А ты у нас воришка, не? 
Неожиданный (или Лису так показалось?) пинок по ребрам. И тихий внутренний мат, а боль, снова напомнившая о себе, заставляет снова закашлять, жмурясь и сворачиваясь калачиком на асфальте. Да лечение дороже выйдет, чем твоя машина, блять.
- Чужую машину тоже водить нельзя. И в чужую тачку въезжать - тоже. - Лис смеется, глухо и хрипло, от очередного пинка под ребра. Машина и вправду была лишь подарком, он не любил дорогие вещи. И он его бездарно разбил. Почему-то именно сейчас осознание, что подарок разбит больно ударил по совести, которой, Лис думал, у него не было.
- Чужие вещи тоже брать нельзя. - мягко намекнул парнишка о пистолете, приоткрывая глаза. Не впервой избивать тех, кто не сопротивляется, а? Шумно выдыхая, впиваясь зубами в губы, снова закрывая глаза и прикрывая рот ладонью. Сука - Гляньте-ка, как из-за простой железки разозлился взрослый мужик - судорожно выдыхает, снова кашляя, замечая, что дрожь становится сильнее. Ломка... Вот же ты мразь.
- Вставай, падаль. - Лис отдает себе точный отчет, что встать сейчас он не сможет. Вообще, да и на ногах удержаться - вряд ли. Ему и при обычной ломке это тяжко дается, а тут еще и... Дергают вверх, заламывая руку за спину. Сдавленно шипит, подчиняясь.
Да и Лис не особо замечает, что мент отвлекается от него. Вот только через некоторое время замечает блестящую знакомую вещицу. Не то, чтобы он часто ощущал на запястьях, однако... Все же разное бывало. Тем более у него, вечного искателя приключений на свою задницу. Недовольно морщится
- Спорю, таких украшений ты еще не носил. Не золото, звиняй. Или платину предпочитаешь? - Очередная вспышка непонимания со стороны мальчишки. Окидывает снова взглядом свой прикид. Золото, серьезно?
- Ты проиграл спор. - очередной кашель, когда его пихают в машину. Да мать твою, ты можешь выражать свои просьбы, прежде чем применять силу? Или мозгов из-за службы совсем тю-тю? Тц Замечает букетик цветочков, на который его "мягко" усадили, хмыкнув, свободной рукой извлекает из под себя, с интересом разглядывая. А, вон чего ты взъелся.
- Мне можно сигареты? - слегка дергает рукой, пристегнутой наручниками, почему-то память подкидывает другую ситуацию с "связыванием", от чего Лис лишь морщится в отвращении, бросая цветы на заднее сидение. Проводит по ребрам, которые неприятно ноют, затем по шее и жмурится. Ощущение, что тело горит, не отпускало, усталость уже начинала добивать его, заставляя молча откинуться на спинку сидения, прижавшись к двери, щекой касаясь прохладного стекла.
- Ты так и оставишь ее - жестом указывает на серый порш - на проезжей части, товарищ полицейский? - Второй намек, уже на то, что кое-кто не представился. Нет, он не надеялся, что тот мирно и спокойно покажет удостоверение и назовет имя, фамилию, отчество. Да и не нужно это было Лису. Так, мельком для себя заметил, что снова сел в машину к хрен знает кому, без уверенности, что тот привезет его именно в отдел, а никуда нибудь в подвал, где изобьет до полусмерти, хотя, почему до полусмерти? Можно же сразу убить.
Скашивает взгляд на мента, который "заботливо" пристегивает его ремнем безопасности, ехидная улыбка проскальзывает на его лице, что-то внутри просит заткнуться и уставиться куда-нибудь в одну точку, но... Это же Лис, черт подери, он просто так не заткнется.
- Водишь паршиво? - Тут же замирает, снова сжимая ладонью рот, закрывая глаза. Боль в лицевых мышцах... Черт, как же он отвык от этого. Поначалу, он, конечно, сопротивлялся всему, что было связано с наркотой, но как-то привык. А теперь снова.
Замолкает, болезненно морщась и уже явно не в силах вообще что-то произнести в сторону мужчины, да и сообразить, что тот не представился, и, быть может, никакой не мент.
[NIC]Лис Кенер[/NIC] [STA]Я люблю [/STA] [AVA]http://se.uploads.ru/t/DmxYk.jpg[/AVA]

+1

8

Парень что-то сипит сквозь едва приоткрытые губы. Нет сомнений, ему самому кажется, что он говорит очень громко и вполне даже понятно. Только вот Доберман ни единого слова не разобрал. Да и не пытался, если честно. И без того уже слишком много внимания он уделяет этому нарику.
Собственно, именно поэтому мажорик и не огреб от него в очередной раз еще до того момента, как оказался в машине. Хотя - нутро чувствовало - было, за что.
Радуйся, гаденыш. Повода для рукоприкладства достойного нет.
- Мне можно сигареты?
Прозвучало более разборчиво. Хоть и видно, что это стоило юному наркоману больших усилий.
Вопрос вполне невинный, на взгляд опера. Ладно. Значит, и ответ будет чисто словесный.
- Не курю.
Чистая правда. С тех пор, как с огромным трудом бросил это дело три года назад. С тех пор даже в руки сигареты не брал. Иначе во второй раз - точно не остановится.
И тебе не советую, - с усмешкой закончил он про себя фразу. Не вырвавшуюся наружу лишь по причине ее откровенной банальности.
- Ты так и оставишь ее на проезжей части, товарищ полицейский?
Доберман даже не поворачивает головы в сторону, в которую показывает трясущаяся в все усиливающейся дрожи рука наркомана. Что там находится, он и без того знает прекрасно. Серый порш с изрядно помятым передом.
- Эвакуатор заберет, - кстати да, спасибо мальчишке, что напомнил, хоть это даже звучит смешно. Надо будет позвонить знакомому гайцу, пусть пристроит авто на штрафстоянку. И включит счетчик за ее простой там по полной. - И, полагаю, - откровенная насмешка, - в твоем состоянии "товарищ капитан" выговорить будет легче. Хотя и, какой, на хрен, ты мне товарищ.
Переключение передачи с нейтралки, мягкое нажатие на газ...
Авто трогается с места, болезненно дергается и застывает, зажигание выключается само собой.
- Сученыш... - ладони раздраженно ударяют по рулю, буквально в сантиметре от клаксона. Поворот головы к придавленному ремнем безопасности мажорику на соседнем сиденье. Хриплый выдох через сжатые челюсти.
Ублюдок еще и лыбится. Аж кулаки чешутся.
- Водишь паршиво?
Мажорик быстро зажимает ладонью рот, болезненно вглядываясь в сузившиеся и заледеневшие глаза опера. Картина маслом "Ай, вырвалось..."
- Не паршивее тебя, кенгуру обдолбанный...
Тихий щелчок отвлекает, перебивает желание как следует врезать по зубам.
Две пары глаз одновременно уставляются на открывшийся бардачок. Неплотно закрыл, видимо. Вот он сейчас, когда машина дернулась, и распахнулся.
Выставив на всеобщее обозрение свое содержимое.
Пистолет, реквизированный у мажорика, лежал на самом верху, поблескивая вороненой сталью. В прямой досягаемости для левой руки юного наркуши.
Доберман не стал хлопать бардачком, выхватывать оружие из-под рук паренька и прочая. Пистолет сейчас безопасен, как детская кукла, сделанная по всем ГОСТам. Обойму (к слову, почти полную) он вынул еще в самом начале, сунув в застегивающийся карман куртки, поближе к телу. Даже если и схватит, и нажмет на курок... эффект от этого будет, как от воробьиного пуканья.
Но мальчишка за своей игрушкой не рванулся. Лишь чуть наклонился, щурясь и оттянув ремень безопасности.
Не выпрямляясь, поднял глаза.
От их выражения, несмотря на явно все усиливающуюся ломку, довольно осмысленного, опер едва не поперхнулся.
В глазах мажорика была угрюмая укоризна.
Нда? Действительно?
Ты всерьез считаешь эту игрушку, на которую у тебя даже нет документов, своей?
Если бы в его укуренной черепушке нашлось бы хотя бы количество мозга, достаточное для того, чтобы не раскрывать пасть - капитан бы проигнорировал этот инцидент.
Но мажорик ее открыл.
И слушать, что сейчас скажет это укуренное существо, Доберману хотелось меньше всего.
Проще сразу пресечь саму попытку что-либо вкякнуть.
Резкое движение.
Голова мажорика полубоком ударяется о пластик салона в области чуть выше бардачка. Рука, остающаяся пристегнутой к поручню, немилосердно при этом выкручивается, наверняка причиняя своему хозяину изрядную боль.
Но эта боль - ничто по сравнению с той болью, которая последовала за мерзким хрустом, с которым переламывается хрящевая ткань носа.
Не рассчитал, бывает.
Что же, осечки у всех случаются...

Отредактировано Рхан`торр (2017-02-10 13:00:22)

+2

9

Все его слова проигнорировали. И Лис почему-то поблагодарил всех ему известных богов, что его не слышали. Может быть, здравый рассудок проснулся. Вообще, ломка отвлекала от физической боли, к которой мальчишка постепенно привыкал, нет, она не становилась меньше, не утихала, но и не резала сознание, как в первые минуты. Слабо выдохнуть, уже не пытаясь унять дрожь или хоть как-то повлиять на свое положение, просто расслабиться и смириться.
- Не курю.- Я про свои сигареты. Ты пистолет стащил, зараза, сигареты прихватить не мог? Лис морщится, прикрывая глаза. Ну и не надо, обойдусь. Сук, как же ты с детьми своими обращаться будешь? Боль снова отозвалась где-то в области груди, заставляя вернуть руку на место, все еще упрямо держа глаза закрытыми, хмурясь, пытаясь сосредоточиться на чем-то одном, отвлечься и... не дать сломать себя жажде очередной дозы. Хотя, в принципе, пока обходилось легким ознобом, да чувством жара. Дышать было достаточно тяжело, маленькими глотками урывая кислород.
- Эвакуатор заберет. И, полагаю, в твоем состоянии "товарищ капитан" выговорить будет легче. Хотя и, какой, на хрен, ты мне товарищ. - Мальчишка в отвращении поморщился. Ну правда, ломка ломкой, а соображать он пока что мог. Да и что ломка? Вот под дозой да... Там вообще выговорить что сложно, а сейчас просто больно, и мысли не те. Приоткрывает глаза, косясь на мужчину с легким прищуром. Издевка не засчитывается. Однако, машина трогается с места и тут же останавливается, заставляя Лиса глухо зашипеть, боль новой волной раздалась по телу.
- Сученыш... - предусмотрительно Лис слегка отворачивается, жмурясь, ожидание удара, оно такое. Однако, удара не последовало, что привело его в замешательство. Неуверенно косится на мужчину, все же решая молчать. Вот только надолго ли хватит его? А сразу никак? Нет? Тц, больно
- Не паршивее тебя, кенгуру обдолбанный... - пропускает мимо ушей, замечая одну вещицу. Мне сделать вид, что я не видел? Или... Лис наклоняется вперед, чуть сжимая зубы. В открывшемся бардачке его пистолет. Да, пусть без документов, но его. Бросает взгляд на мента, открывая рот, но не успевая ничего сказать.
Приложить об панель - ладно, но сломать нос... Ммм, Лис не ожидал. Хрипло стонет, тут же отдергиваясь от панели, зажав нос ладонью, жмурится, почти не обращая внимание на боль в правом плече.
Минута, другая в полном молчании, пульсирующая боль, заставляла обратить все свое внимание на нее. Ребра так же потерпели ужасную пытку из-за резкого наклона вперед. Закрыть глаза, стараясь успокоиться и привыкнуть к боли. Сколько так просидел мальчишка - известно только менту, ибо тот из временного потока выпал. Судорожно выдыхая , Лис наконец справляется с вспышкой боли, утыкаясь носом в серый рукав рубашки, тут же пачкая его кровью. А то еще убьет за испачканный салон. Болезненно усмехается самому себе, ломка отпустила, слишком сильно он зациклился на физической боли, чтобы испытывать еще и боль от привычки. Осторожно пытается пошевелить рукой, проверяя вывернута или нет, ребра же гулко отзываются болью, отчего он еще раз шумно вздыхает. Медленно открывает глаза, скосив взгляд на водителя.
- Я даже ничего не сказал - обиженным тоном замечает он, дрожь почти утихла, а глядел он достаточно осознано. Вот только, как вытянуть себя из такой ситуации - придумать было нельзя. - Он с лицензией. - спокойно замечает он, понимая, что виноват в сложившейся ситуации только сам. - Поэтому, как меня заберут - тебе придется мне его отдать. - медленно, старательно подбирая слова, дабы не разозлить человека рядом, протянул мальчишка, все еще затыкая нос рукавом, из-за чего слова казались приглушенными, но достаточно четкими, чтобы их разобрать. Жмурясь, Лис поперхнулся, в такие сложные ситуации он еще не попадал.
В кармане брюк раздалась неприятная для слуха трель, в любом случае, Лис нервно цыкнул, закрывая глаза и вновь откидываясь на спинку кресла, не думая отвечать, да и руки были заняты.
[NIC]Лис Кенер[/NIC] [STA]Я люблю [/STA] [AVA]http://se.uploads.ru/t/DmxYk.jpg[/AVA]

+2

10

- Я даже ничего не сказал... Поэтому, как меня заберут - тебе придется мне его отдать.
Гнусаво и не слишком разборчиво, однако капитан прекрасно понимает, что говорит мальчишка.
Кажется, или прорезавшаяся в голосе мажорика обида и в самом деле вызывает какое-то чувство удовлетворения?
Ну вот, уже почти как человек разговаривает. Без издевочки в голосе, и уж тем более без гонора. Спустился наконец со своих небес на бренную землю, хоть и пришлось для этого изрядно покоцать крылышки.
Похоже, правду говорят, что боль отрезвляет. Не представлялось только, что она способна еще и заставить оборзевшего наркомана адекватно оценивать ситуацию. И поступать соответственно.
- Личность установим, проверим, есть ли у тебя лицензия, сверим номер на пушке, - опер снисходит пусть до лаконичного, но все же объяснения. - Все совпадет - отдам.
В повисшем затем в салоне автомобиля молчании звонок телефона звучит особенно резко. Опер покосился на сидящего на соседнем сиденье. Прищурился.
Небрежно вытащил за торчащий наружу край дорогой телефон из его кармана. Поизучал пару секунд. Хмыкнул. Звонилка-то под стать порше...
Ничего не говоря, закидывает его в бардачок, на сей раз, правда, проверив, закрылась ли дверца как следует. Телефон все еще продолжает вопить, но уже приглушенно. А через полминуты и вовсе затыкается.
Пальцы уже снова сжимаются на ключе, вставленном в замок зажигания, но Доберман медлит. Убирает руку и поворачивается к мажорику, хмуро его разглядывая.
Вид-то нетоварный. Непорядок.
Еще сержантом он усвоил простое правило: по лицу и рукам - то бишь, по тем участкам тела, где последствия будут заметны сильнее всего - не бить. А еще лучше - бить так, чтобы и вовсе не оставлять никаких синяков и ссадин.
Время отмотать назад не получится, остается лишь слегка подправить то, что имеется на данный момент.
- Руку убери.
Нет, это не просьба. Лишь сухой тон приказа. Дав парню несколько секунд на то, чтобы врубиться в смысл сказанных слов, Доберман окончательно устает ждать и отводит его руку от носа сам, по обыкновению, не сильно церемонясь. С кривой усмешкой прицокивает, разглядывая результат соприкосновения носа с жестким пластиком.
- Не дергайся. Иначе еще добавлю.
Предупреждение сделано, и то, следовать ему или нет, отдано целиком на откуп разумности мажорика.
Бегло оглядывает повреждение. Нос слегка свернут набок, щедро жалуясь на свое плачевное состояние сочащейся из него кровью. Вон, рукав рубашки, которым юный наркоман его прикрывал, уже украшен солидных размеров красным пятном.
Опер быстро, не давая пареньку сообразить, что происходит, взял его за окровавленные крылья носа и достаточно резко дернул, ставя хрящ на место.
Отвел руку, небрежно вытирая кровь с пальцев о его же рубашку.
Вот теперь ровно. Почти как было.
Заводит машину, трогается, подсознательно ожидая, что та снова встанет. Но авто довольно-таки бодрячком двигается вперед. Успокоенно выдохнув, капитан чуть притапливает педаль газа. Если все нормально, то и нечего ползти черепахой.
Достает из кармана свой старый, хоть и сенсорный, "самсунг". В принципе, на возраст этого телефона капитану всегда было плевать. Работает, и ладно. Во-первых, он использовал его лишь для звонков, фотографий и прочая - навигация, игры и прочая лабуда ему были без надобности. Город Доберман и без того знал хорошо, а к мобильным игрушкам относился с легким презрением. А, во-вторых, это не бандура, больше походящая по размеру на планшет. Влезет в любой карман, и мешать при том же беге не станет.
Отыскивает нужный контакт и набирает. Прикладывает к уху и слушает гудки, одной рукой удерживая руль.
Игнатюк как раз сегодня дежурить должен...
Гаишник отзывается не сразу, но наконец капитан слышит его чуть хрипловатый голос:
- Да, Вить. Слушаю.
- Здорово, Серег, - оглядывается на паренька, убеждаясь, что тот сидит тихо, и снова возвращается к разговору. -Помощь твоя нужна. У меня тут эксцесс небольшой произошел, по твоему профилю. Тачку помяли. Я этого товарища сейчас в отдел везу, разбираться будем. Заберешь его авто на свою штрафстоянку?
- Не вопрос, - Игнатюк явно обдумывает просьбу, прежде чем ответить. - Где тачка? И сколько подержать просишь?
Доберман выруливает на основные улицы. Час пик уже миновал, но машин на дороге все равно не так уж и мало. Приходится перемежать разговор с частыми поглядываниями в зеркала.
- Тачка на перекрестке Новой и Уланова. Серый порш с помятым передом. Номер тебе не нужен, сомневаюсь, что за углом стоит еще один такой же. По срокам... уточню позже, окей? Сделаешь?
- Сделаю, - в голосе лейтенанта слышна легкая усмешка, - Будешь должен.
- Буду, - усмехается в ответ Доберман, тормозя на загоревшемся красном сигнале светофора. - Ладно, бывай.
- Бывай. Нарушителю твоему привет.
Капитан усмехается и отключается.
Поворачивает голову к юному наркоману.
Вряд ли он сейчас, конечно это услышит... но передать надо.
- Тебе привет от государственной автоинспекции.
Красный сигнал сменяется зеленым, и опер убирает телефон в карман.
Сворачивает с проспекта на улицу, тускло освещенную фонарями. Самый короткий путь до отдела. Лучше нырнуть здесь, чем попасть еще под два светофора.
Достает телефон вновь. На пару секунд задумывается и решительно набрасывает смс Люське, глядя поочередно то на дорогу, то на тускло светящийся экран.
"Не могу приехать, выдернули в отдел."
Лаконичная отмазка, позволяющая без особых проблем оправдать свое отсутствие.
Подумав пару секунд, Доберман дописал внизу:
"Прости".
И нажал на отправку.
Ворота родного отдела тускло синеют в полумраке. Но опер не стал возле них останавливаться. Там везде камеры, как и, справедливости ради, возле парадного входа.
А вот возле заднего, использующегося только сугубо своими...
Автомобиль ныряет во дворы, крутится, тяжко перезжая через натыканных через каждые пять метров "лежачих полицейских" и наконец останавливается возле глухого забора и ржавой высокой калитки.
И не скажешь, что за ними - отдел полиции, верно?
Доберман заглушил мотор и вышел из машины. Подошел к калитке, просунул руку в округлую дыру в ней.
Нащупал запор и сдвинул его вверх. Распахнул калитку.
Вернулся к автомобилю, открывая пассажирскую дверь.
Включил свет над передними сиденьями, вставил ключ в наручники, с щелчком раскрывая половину, приковывающую мажорика к поручню.
- Вылезай. Приехали.

Отредактировано Рхан`торр (2017-02-10 17:58:33)

+1

11

Вообще, Лис сейчас больше всего хотел одного, чтобы его оставили в покое, лучше вообще выбросили где-нибудь в закоулках этих трущоб, да забыли про него. Ну правда, кому он нахер сдался? Да-да, мыслил он как подросток, в принципе, возраст позволял. Ему всего 17, позволительно.
Жил себе спокойно, никого не трогал. А сейчас в ментовку, а потом до сестры дойдет, то, что сестра узнает, он не сомневался, совсем. Этакая дрянная девчонка всюду сует свой нос по следам Лиса, а он даже ничего плохо не сделал. Ну почти, но он готов возместить. Вообще он понятия не имел, что можно так злиться из-за машины. Из-за машины, мать его! Хотя... Лис по любому еще и обломал этого парня, однако...
- Личность установим, проверим, есть ли у тебя лицензия, сверим номер на пушке. Все совпадет - отдам - Отвечать Лис не стал, хотя и не понимал, нахрена такие сложности. Он пока свою личность помнил хорошо, сам ее установить мог. И паспорт, вроде как был. Только где... А, черт с ним, с паспортом. Личность ему нужна? Пусть везет в отдел. Усталость накатила с новой силой, поэтому он перестал вообще обращать внимание на рядом сидящем менте, ему хватало боли, благо она пока отвлекала от ломки.
- Лис Кенер, приятно познакомиться, Капитан. - глухо выдыхает мальчишка, не реагируя на изъятие телефона, не потому, что не заметил, он был даже несколько благодарен. Звонили-то из бара, душой чуял Лис, из бара, лишняя головная боль ему сейчас ни к чему. Да и вообще, наркотики-наркотиками, а сейчас проблемы покрупнее, да и устал он уже вести такую жизнь. Хмыкает, когда замечает на своей тушке взгляд этого мента. Что уставился? Сижу я, сижу.
- Руку убери. - Лис с удивлением и непониманием открывает глаза и таращится на мента. Я бы, конечно, с радостью, но нахера, прости? Несильно дергает правой рукой, когда левую отводят от лица. Да понял я, понял! Хватит меня бить! Паника явственно отразилась на лице мальчишке, который постарался отодвинуться подальше от разглядывающего его лица мужчины. И тем более... Его настораживает усмешка, нехорошая усмешка. Какого...
- Не дергайся. Иначе еще добавлю. - То есть, бить ты меня не будешь? Тогда зач... Очередная порция боли, которая заставляет зажмуриться и тихо зашипеть, снова прижав ладонь к носу и слегка сгибаясь, добавляя себе уже другую боль в грудной клетке. Сука. Тихо взвыв, Лис заговорил.
- Да какого черта?! - с возмущением уже более ясным голосом прошипел мальчишка. Замечает, что машина наконец-то сдвинулась с места, выдыхая. Нервно прикусывает губу, пытаясь успокоиться. Нервы зависли на пределе, он все еще не до конца осознавал, нахера его везти в отдел, нахера забрали пистолет, нахера... Косится, как тот достает свой телефон и, набрав номер, прикладывает к уху. - Водить с телефоном нельзя - бурчит мальчишка, отворачиваясь от мента к окну. Странно, он даже забыл на время о наркотиках и ломке.
- Здорово, Серег. Помощь твоя нужна. У меня тут эксцесс небольшой произошел, по твоему профилю. Тачку помяли. Я этого товарища сейчас в отдел везу, разбираться будем. Заберешь его авто на свою штрафстоянку? - Я же никакой тебе не товарищ, Капитан. внутренне все еще злился Лисяра, сидя достаточно смирно и спокойно. Убирая руку от лица, мальчишка осторожно коснулся пальцами носа, кровотечение вроде бы остановилось. Тянется к правому плечу, боль вроде бы утихла, тогда... Дергает руку на себя, чувствуя, что на запястье в скором времени останется след от наручников. И... Все бы ничего, если не было бы так обидно от близящейся расправы, не только от этого злого мента, но еще и от сестры да родных. С этого момента он постарается вообще им не звонить, ну их нахрен.
- Тебе привет от государственной автоинспекции. - Обернувшись, Лис хмыкнул. Мне уже можно молиться? Разговор он благополучно прослушал, да и не понимал, нахрена вот ему передавать привет. Это странно, не?
- Главное, что не от усб - тихо буркнул себе под нос мальчишка, снова отворачиваясь к окну, машину на штрафстоянку? Ну прекрасно, черт, когда ж я ее забрать смогу, уууу, ребра. рука переходит на грудь, слегка оттянув ремень от тела. Раздраженно глянув на мужчину рядом, он выдохнул, следя как тот что-то набирает на телефоне. Сам врежешься во что-нибудь рано или поздно. И, заметь, даже не при ломке, а просто из-за несоблюдения правил.
Мирно они доехали до отдела. Лис напрягся, что машина поехала дальше, останавливаясь совсем не у тех ожидаемых ворот. А я говорил тебе, что везут тебя в подвал. И это никакой не мент, а...
- Вылезай. Приехали. - Осторожно потирает запястье и с удивлением глядит на мента. Научился озвучивать просьбы? Ну наконец-то. Вот только мальчишка столкнулся с другими проблемами: во-первых, ему было больно дышать, не то, что двигаться, а тем более пытаться выбраться из машины, во-вторых, язык он явно проглотил и просить помощи не собирался.
Затруднительная ситуация для Лиса, если он останется сидеть в машине, явно отхватит, зато помогут выбраться. Не важно как, а вот если он вылезет... Смотря на своего "сопровождающего" взглядом "а ты меня бить не будешь?",  Лис отвел взгляд, прикусывая губу.
- Не могу.. - хрипло произносит, виновато опуская голову. - мне больно.
[NIC]Лис Кенер[/NIC] [STA]Я люблю [/STA] [AVA]http://se.uploads.ru/t/DmxYk.jpg[/AVA]

+1

12

- Не могу...  мне больно.
Да уж еще бы...
И глазки сразу так опустил. Нет, Доберману эта ипостась нового знакомого определенно нравилась куда больше предыдущей.
И молвил вдруг кенгуру обдолбанный  человеческим голосом: "не бей меня, я еще тебе пригожусь..."
Щелкнул второй половиной наручников, убирая браслеты и ключ от них в карман. Все равно никуда не денется. Не в состоянии просто.
Раскрыл дверь пошире.
Порылся в бардачке, извлекая из него телефон мажорика и травмат.
- Пошли, Лис Кенер...
Имя тот, конечно, назвал ему ненастоящее. Погоняло, скорее всего. Хорошо еще, что не Дюбель или Хлыщ, довольно приличное досталось...
И, надо сказать, юному наркоману оно довольно-таки неплохо подходит. Худощавый, не слишком высокий. Как пить дать Лис.
Только рыжих волосенок не хватает. Вместо них голубые. Крашеные. Цветок цикория, блин. Еще б в розово-зеленые полосы размалевал.
Хотя... оперу были известны люди, носящие довольно необычные имена на самом деле. И, как правило, оказывалось, что их родители были истыми коммунистами. Вот и у этого нарика, может, тоже... И никакая он не рыжая нахальная зверюшка, а всего-навсего Ленин И Сталин. Как тот же Владлен, например - Владимир Ленин.
Доберман в  своем понимании довольно-таки аккуратно вытащил мажорика наружу, перехватив его за локоть. Еще грохнется на пороге, тогда нос второй раз чинить будет уже точно бесполезно.
Захлопнул дверцу, не глядя нажал на брелок сигнализации.
- Двигай.
Отпускать локоть подопечного он не стал, продолжая жестко его поддерживать. Паренек и без того шел настолько штормящей походкой, что можно было бы подумать, что он возвращается домой с весьма бурно проведенной вечеринки. Самостоятельно в калитку он точно не впишется. Скорее - в кирпичную кладку забора.
Провел его в проем, заботливо отгородив второй рукой от соприкосновения с ржавыми петлями.
Захлопнул калитку и вновь опустил запор, на несколько секунд оставив мажорика в попытках самостоятельно цепляться за сохранение вертикального положения.
Снова подцепил за локоть, не давая и без того настолько медленно, что его хотелось подпиннуть, идущему юному нарику отклоняться от прямого маршрута неровной асфальтовой дорожки, усыпанной слежавшимися мокрыми листьями.
Вот наконец и задняя дверь. По обыкновению запертая на замок. Обычная практика для всех российских дверей, носящих гордое название "пожарный выход".
Одной рукой уткнув мажорика лбом в стену (чтобы не упал), достает мобильный.
Набирает номер и вслушивается в гудки.
И, когда на том конце берут трубку, заговаривает сразу, не дожидаясь дежурного "алло".
- Лева, здорово. Открой заднюю дверь. У меня тут клиент внештатный, под твои камеры попасть, сам понимаешь, желания нет. Все, отбой.
Приходится подождать пару минут, прежде чем дверь наконец распахивается. На пороге - невысокий очкастый субъект в кителе с  погонами старшего лейтенанта.
С интересом окидывает их странную парочку взглядом.
Со знанием дела прищелкивает языком.
- Крепко ты его...
- Выбесил, - лаконично ответил капитан. Желания объяснять прямо сейчас, что, как и зачем, у него не было. - Допросная свободна?
- Свободна, - старлей отодвигается, освобождая проход. -  Пошли быстрее. Сам понимаешь, если какой звонок будет, а дежурный не ответит, мне по шапке настучат знатно.
Доберман косится на мажорика.
- За "быстрее" не ручаюсь, - с некоторой усмешкой ответил он. - Ладно, все, передохнул, - а это уже наркоману, - теперь время снова пошевелить ножками.
Лева запирает дверь за их спинами. Доберман, не дожидаясь, пока коллега закончит, ведет мажорика вперед, по пустым, залитым тусклым светом полуперегоревших ламп коридорам.
Останавливается возле поворота, за которым - дежурка и обезьянник.
Лева, кряхтя, обходит их компанию, заходит за стекло каморки дежурного. Незаметно, загораживая спиной от холодного глаза камеры, снимает со щитка ключ от допросной.
Косится на телефон, удостоверивается, что за время его отсутствия никаких звонков не было, и возвращается к ожидающему его Доберману.
- Держи. Тебе надолго, или чисто для разговора?
- На пару часов, - хмыкает в ответ капитан. - Пусть посидит немного. Разговаривать с ним сейчас смысла не вижу. Проблем не составит?
- Да какие там проблемы, - отмахивается старлей. - Никаких. Пусть сидит, главное, чтобы утром его здесь не было.
- Ну, это я тебе обещаю.
Лева хмыкает и, разворачиваясь, уходит по коридору. Капитан усмехается.
Доберман прекрасно знал, что старлей любопытен до жути. Но так же знал и то, что дежурный понимает, когда можно задавать вопросы, а когда не время.
Ничего, удовлетворит он еще свое любопытство. Все равно они еще часа два чаи будут гонять, пока этого кенгуру окончательно ломка не прижмет...
Открывает допросную, окидывает взглядом. Прищурившись, смотрит на забытые кем-то на столе листки и ручку.
Хрен с ними, пусть лежат. Ручкой вены вскрыть проблематично, равно как и причинить какие-либо травмы другому. Пусть поиграется. Порисует там, самолетики поскладывает...
Заводит мажорика внутрь, припирая к стене. Бегло обыскивает, хлопая по карманам.
На стол ложатся полупустая зажигалка, записная книжка и какой-то замызганный листок, судя по всему, из этой самой книжки вырванный.
Негусто. Впрочем, оно и лучше.
Доберман толчком усаживает паренька на одну из скамеек, прикрученных к полу.
- Посиди пока. Позднее переговорим.
Более не обращая на него внимания, сгребает со стола вещи и выходит в коридор. Поворачивает в замке ключ.
Бегло изучает листок. Номер телефона какой-то. Надо будет пробить по базе, узнать, кому принадлежит. Как стать, может, даже беседа с мажориком не потребуется.
Записная книжка. Доберман открывает ее на первой попавшейся странице, чуть щурясь от плохого освещения.
"Космос" - 99-55-98. Делать здесь нечего. Уровень ниже плинтуса, да и заведующий та еще дрянь.
Перелистывает сразу через десяток. На самом верху, не слишком аккуратным почерком:
BarDuck. 23-45-36. Бармен, сука, надул на приличную сумму. Стаканы хитрые...
И так далее и тому подобное.
Клубы, судя по всему. И краткие характеристики оных.
Надо будет полистать поподробнее. Как знать, какая информация всплывет из этих строчек.
Ладно. Сначала - чай.
Тем более, что Лева там наверняка уже весь извелся в ожидании подробного рассказа.

Отредактировано Рхан`торр (2017-02-11 18:31:04)

+1

13

Погодка выдалась знатной. По крайне мере мальчишка любил прохладу, она отвлекала от всего, навевая более спокойные и разумные мысли, но видимо в этот день что-то шло не так. Лис совсем не почувствовал облегчения от прохладного воздуха, который коснулся ласковыми пальцами лица, причиняя большой дискомфорт.
Выдохнув с каким-то облегчением, мальчишка быстро скользнул взглядом по лицу мента. А что? Вполне себе нормальный человек, пока не разозлиться. Всякое бывает, не? И все же сволочь сволочью... Нужно будет одолжить у тебя наручники, если я смогу... Хм Еще раз проведя по запястью, которое уже не находилось в плену металлического браслета, мальчишка поморщился, задумчиво осознавая, на кого он в данный момент похож, но почему-то его это не больно удивило или разозлило.
А тем временем опер наклонился и вытащил из бардачка телефон и травмат, которые Лис проводил достаточно печальным взглядом. Почему-то, именно сейчас он почувствовал неописуемую любовь к своему пистолету, кстати, тоже подаренному, но уже не родными. Да-а, где его только не таскало за последние три месяца, а вляпаться в эту чертову передрягу, что сейчас сказывается сломанными ребрами, множеством синяков и поврежденным носом...
- Пошли, Лис Кенер... - Не поверил. После знакомства с одним парнем в клубе, который оказался аристократом, Лис совсем забыл, что ему частенько не верят, что его зовут именно так. И родители хрен пойми что имели ввиду, называя его так, но, в принципе, он не расстроился, просто припомнил, что не всегда жил вот таким вот образом. Усмехаясь, мальчишка понимал одну простую вещь - сейчас он никто, и имя ему никто. Презрение, одолевшее его, направлялось только в его сторону, самобичевание подкатило, прекрасно.
Вытащили его не так аккуратно, как предполагал опер, однако намного аккуратней, чем то, как предполагал Лис. Что же, уже лучше. В принципе, он пока соображал, и соображал неплохо, как ему казалось. И боль отвлекала. Однако, рука мента крепко сжимала локоть, и Лис не совсем понимал, либо тот хотел ему сделать таким образом еще больнее, либо просто ему кажется, что тот сжимает слишком сильно. Впрочем, неудивительно, этот идиот стал еще более хрупким, чем раньше. Покорно проследовав за новым "знакомым", он не больно беспокоил себя вопросом зачем.
Лис предпочитает умолчать, как добрался до двери. А вот тихий мат у него вырвался, когда его ткнули лицом в стенку. Упершись руками в нее, он скосил глаза на сопровождающего. Что про себя думал Лис, тоже не следует упоминать. Как добрался до допросной, как его "обыскали"... Это Лис так же пропустил, просто понимая, что ничего особенного не происходило, хотя мент начинал его подбешивать. Может быть вторая стадия его сумасшествия начиналась.
- Посиди пока. Позднее переговорим. - Прикрыв глаза, мальчишка коснулся рукой лица. Больно, сука. Минута, другая, он прислушивался к тишине, которая внезапно одарила его больную головушку с уходом мента. Скосив глаза на тетрадь и ручку, он тут же притянул их к себе. Почему-то желание что-то написать было слишком велико. И Лис выбрал достаточно важные темы в данный момент. Быстро начеркав знакомый номер и подписав "заберет", на самом деле, Лис был не совсем уверен, что его заберут, особенно по этому номеру, хотя бы потому, что тот не видел его последние месяца, плюс, он все же надеялся на его брезгливость, затем было самое трудное, адрес, который он почти не помнил, судорожно выдохнув, написать, зачеркнуть... Не тот... сколько раз он зачеркивал написанное одному Богу известно, однако, адрес его наконец удовлетворил, вообще, он туго понимал, зачем он писал еще и адрес клуба, быть может, что-то в его голове щелкнуло по направлению к разуму, второй номер - "владелец", третий - "Лис", свой номер он уже написал лично для мента. Починить ему машину мальчишка был просто обязан.
Перечитав написанное, он фыркнул, тут же отбросив тетрадь в сторону, подальше от себя. Кашель тут же схватил, причиняя сильную боль в грудной клетке. И все бы ничего, однако боль не спасала больше. Предчувствие ломки снова начинало пытать молодую психику, от чего мальчишка лишь зажмурился, зажимая себе рот рукой. Пока у мальчишки было занятие - все было вполне себе хорошо, но теперь он внезапно чего-то испугался. Судорожно выдохнув, он резко дернулся, падая на пол, повалив заодно и стул. Нарастающая паника, заставляла забыть о том, где он, что он и чего хочет. Страх и ужас чего-то неведомого отразился на лице его.
Чувство тревоги, охватившее Лиса, заставило его забиться в угол. Замерев, дрожь снова охватила его тушку, он тщентно пытался не впасть в очередную крайность, однако его собственная слабость, как физическая, так и моральная давила с новой силой, доламывая что-то внутри.. Мысли, которые вроде бы и были в голове, быстро исчезали, сменяя одна другую, будоража сознание сильнее, чем самый страшный кошмар. Не только его собственные ощущения и чувства пытались повергнуть его в состояние ближе к звериному, но и собственные убеждения и соображения, которые с новой силой захватили его голову. Сжав пальцами волосы, он их слегка дернул, судорожно выдыхая. Одиночество больно резало по сознанию, то одни мысли, то другие заставляли сменяться его настроение с такой же скоростью. Напряженно вглядываясь в закрытую дверь, мальчишка обвил руками колени, прижимая их к себе, совсем не обращая на возникшую при этом действии боль. Дрожь все усиливалась, а он пытался все ее унять, почему-то наивно полагая, что ему удастся. Мысли, не дающие покоя, раздражали, да и все вспышки агрессии были направленны сугубо в свою сторону. Ему хотелось расцарапать себя, причинить как можно больше боли. Он совсем не помнит, как у него в руках оказалась ручка, однако, она тут же впилась в нежную кожу на запястье, один.. второй.. В бешенстве откинув ее, мальчишка снова сжался в дрожащий комок, прикрыв глаза, стараясь угомониться.
За два часа Лис много чего переосмыслил. И здесь уже сказывалась не только ломка, здесь уже сказывались и свои собственные психологические травмы, расшатанная психика и слабость характера. В итоге, под конец своей собственной пытки, которую он устроил себе самостоятельно, он сидел с расцарапанными руками в углу комнаты, не шевелясь, уткнувшись лбом в колени.
Ничего не происходило, он вымотал себя морально и физически, успокоившись на время. Боли он в данный момент не ощущал, а если и чувствовал, то не как свою собственную, а как чужую, как что-то отдаленное, не свое. Сейчас он больше походил на сломанную куклу...
[NIC]Лис Кенер[/NIC] [STA]Я люблю[/STA] [AVA]http://se.uploads.ru/t/DmxYk.jpg[/AVA]

Отредактировано Gregory (2017-02-12 16:02:59)

0

14

Чай у Левы всегда был хороший. Не та дрянь в пакетиках, больше походящая на мелко перемолотую пыль. А настоящий, травяной. Смесь мяты, чабреца, душицы и еще каких-то растений, в которых Доберман, как истинный городской житель, разбирался фигово. Впрочем, названия были без надобности. Вкусно, точно натурально и без ГМО - все, больше ничего и не надо.
Опер лениво допил чашку. Взболтал, глядя, как на дне кружится осадок - мелкая травяная пыль и пара крупных сморщенных листочков.
Лева косится на часы, показывающие уже почти одиннадцать.
- Надо б твоего постояльца проведать, - замечает старлей. - Долго уже сидит. Кабы не учудил чего.
Капитан растягивает губы в чуть ленивой ухмылке сытого зверя. Ловко выхватывает сушку из пиалы, которую рачительный Лева уже собирался убрать со стола.
- Да что с ним будет, с этим наркоманом. Ломает, небось, сейчас. Не в том состоянии, чтобы чудить.
- Смотри, - тянет дежурный. - Мне ребята с соседнего отдела рассказывали, что у них один такой же вот упырь чуть вены себе прямо в допросной не вскрыл. Гвоздь из плинтуса умудрился выдрать, представляешь?
Доберман морщится. Он тоже слышал эту байку, только вот был склонен считать ее плодом фантазии одного из тамошних ребят. Фантазия у Кравченко всегда была отменной, только вот не всегда применялась, когда нужно.
Но старлей прав. Надо бы проведать этого мажорика.
Мало ли, окочурился уже. Всякое бывает...
- Спасибо за чаек, Лев, - буднично ставит чашку на стол. - Пойду-ка и впрямь гляну, что он там поделывает.
Со скрежетом отодвигает стул и выходит из дежурки.
Подходит к глухой двери допросной, прикладывает к ней ухо, прислушиваясь.
Тишина. Либо и впрямь откинул копыта, либо просто сообразил, что буянить сейчас смысла никакого не имеет.
Ключ с неприятным, царапающим слух звуком поворачивается в замке. Который год уже просят начальство если и не заменить эту гребаную дверь, то хотя бы сделать что-то с замком. Бесполезно. Им хоть кол на голове теши - все равно никак не среагируют.
Взгляд первым делом падает на стол. Пустой. Ни тетрадки, ни ручки не было. Сожрал, что ли?
А, вот и сам арестант. Сидит в углу, уткнувшись лбом в поджатые к груди колени. На появление опера он никак не отреагировал, словно тот был так - всего лишь невинным солнечным лучиком, прозрачным и невесомым.
Впрочем, оголтело подходить к нему Доберман не стал. Пес его знает. Ведь, как известно, тот же незабвенный Шерлок Холмс кололся потому, что считал наркотики средством, обостряющим умственные способности. Что же, действительно. Наркоманы порой действительно могли дать фору многим в плане изворотливости и какой-то злобной хитрости. Никогда не поймешь, что у них на уме.
А уж доверять такому... уже не человеку и вовсе - чистое самоубийство.
Постояв пару минут на пороге и настороженно, словно сторожевой пес, отслеживая телодвижения мажорика (которых, справедливости ради, попросту не было), опер подошел ближе.
Присел на корточки, наклонив голову набок.
Ноль реакции.
Пощелкал пальцами возле уха. Затем возле другого.
Картина прежняя. Статуя "жертва ментовского произвола".
- Эй, Лисятина, живой?
Молчание.
Хмыкнув, капитан поднялся. Постоял с полминуты.
Пнуть, что ли, слегка? Авось, так дойдет.
Он уже было намерился привести этот нехитрый план в исполнение, когда взгляд упал на исчирканные листки бумаги, валяющиеся в противоположному углу.
Бросив контрольный взгляд на паренька, Доберман поднял эту кучку бумаги, по пути сообразив, что это - то, во что превратилась лежавшая на столе тетрадь.
Перелистнул нещадно измызганные и исчирканные страницы.
Наткнувшись в самом конце на выведенное дрожащей рукой:
84563987098. Чуть ниже, крупнее, неразборчиво и с неоднократным подчеркиванием - заберут.
Папашкин телефончик небось дал. Чей же еще...
Какой-то адрес и еще чей-то номер. Доберман прищурился, прикидывая, где находится эта улица и что расположено в указанном доме.
Клуб вроде бы какой-то... и нахрена он ему нужен?
Третий телефончик. Подписанный довольно скромно и коротко.
Лис.
Ндаа... капитан уже ни хрена не понимал, что здесь творится.
Бросил взгляд на продолжающего изображать эмбрион мажорика. Сплюнул в сторону. От него сейчас никакого толку. Сомнительно, что он сможет хотя бы услышать вопрос, не говоря уже о том, чтобы сказать что-то в ответ.
Ладно, хрен с ним. Сдать родителям. И пусть он попробует доказать, что его избили не гопники в подворотне, а мент.
Подхватывает мажорика за шкирку, выволакивая его, как мешок с картошкой, из допросной. Тот не сопротивляется, повиснув мертвой тушкой.
Усаживает на сиденья для посетителей в коридоре. Порядок. Так смотрится гораздо лучше.
Достает телефон и, поглядывая на измызганный листок, быстро набирает незнакомый номер.
Гудки... долгие. Человек на другом конце провода явно чем-то сильно занят. Или же попросту не желает брать трубку.
Но наконец телефон все же оживает.
Опер перехватывает трубку поудобнее.
- Алло. Полиция. Капитан Домберг беспокоит. У нас тут человек сидит, который дал ваш номер. Сказал, что вы можете его забрать и подтвердить личность...

Отредактировано Рхан`торр (2017-02-12 17:12:06)

+2

15

Вообще, Лис плохо приходит в себя. Всесильная усталость, покорившая его, теперь действовала еще усерднее. Он без каких-либо признаков жизни отметил, что его "мягко" бросили на скамеечку и сравнил себя с кем-то, кто, по его разумению, с ним раньше не равнялся.
А представил он всю ситуацию в целом.
Первое - доигрался, попав туда, куда не следует просто из-за детского идиотизма и бунтарского духа. Теперь вот, сидит, расслаблен полностью, выглядит душевно больным, да и вообще, разве это он себе представлял пол года назад? Как он презрительно морщился при слове "наркотик", а теперь, ломает ломка... Чертовы бары. В этот самый момент, когда тяжелый период прошел, а Лис этот период никогда не перебарывал, обычно получая очередную дозу, ему наконец немного полегчало, но усталость никуда не сваливала, прицепившесь к нему намертво.
Тут же вспоминаются замыленые личики светского общества, тут уж чуть его не вырвало от омерзения. Еще хуже, нудные разговоры, правильной тон... Не нравилось теперь Лису ни то, ни другое, а вот исчезнуть где-нибудь очень хотелось.
Второе - он сейчас действительно выглядит как кенгуру обдолбанный. И дело не в побоях, помятой рубашке, а вообще во всем его состоянии: мысли текли невразумительно медленно, состояние отвратительное, одежда отвратительная, руки исцарапаны собственными ногтями, лицо усталое, сам худой даже для самого себя, под глазами синяки, зрачки все еще расширенны... Мда, увидел бы себя Лис сам, то испугался бы не хуже любого другого.
Третье - разбил машину, кстати говоря из-за первого пункта, и теперь вот сидит "по другому расплачивается" в ментовке. Молча наблюдая за ментом, почти без интереса. Глухо выдыхает, выпрямляясь и "просыпаясь". Вообще, во всей этой ситуации он не видел ничего смешного или забавного, просто раздражительно непривычное омерзение и непонимание. Мозг более или менее включился. Первая вспышка ломки преодолена. И сейчас хотя бы есть предмет, который его интересует, и это - мент, находящийся рядом и набирающий номер.
И Лис терпеливо ждет. Очень терпеливо. Ему кажется, что он даже на таком расстоянии слышит гудки, а потом сброс трубки, и почему-то тихо смеется, понимая, а ведь правда, кому он нужен? Причем, парень уверен, что у того, чей номер там написан, есть дела поважнее. Намного важнее. Пусть уже довольно поздно, однако...
Однако, трубку все же поднимают по ходу дела.
- Алло. Полиция. Капитан Домберг беспокоит. У нас тут человек сидит, который дал ваш номер. Сказал, что вы можете его забрать и подтвердить личность... - Домберг... Вдруг, Лис спохватился, достаточно резко поднимаясь на ноги и почту тут же грохаясь обратно, недовольно шипя. То ли разум начал соображать быстрее, то ли просто мысль неожиданная ударила.
- Сбрось! - произносит он достаточно громко, хоть и вымученно.
Паника, образовавшаяся мгновенно вместе с осознанием, нарастала, и он смотрел неотрывно на мента, ожидая и ответа из трубки, и действий этого самого парня, держащего телефон. И он молился, чтобы ни тот, ни другой не успели более ничего сказать, а мент покорно положил трубку. Первый - ответить и заинтересовать мента своим ответом, а второй - сказать адрес и заинтересовать уже знакомого Лиса.
В этот момент он понимает, что не знает, как себя будет вести, если он решит его забрать, и, что ему будет очень обидно, если тот его не заберет. Это осознание заставило Лиса поджать губы и судорожно выдохнуть, пытаясь взять себя в руки. Такое резкое "оживание" плохо сказывалось на данной личности, все же несколько минут назад он прекрасно имитировал дохленькое созданьице, а теперь беспокойство снова заставило его копошиться и жить. Что за несправедливая жизнь. Лучше бы он подох в этой камере. Поднявшись на ноги, неуверенно подойдя к менту, почти успокаиваясь и готовясь к очередному дебильному шагу своей жизни.
- Или скажи ему хотя бы имя, или он сам сбросит. - уже более спокойно выдыхает он, хотя не уверен, что этот человек не поймет, по поводу кого его вызывают в шко... в ментовку. Не так уж у него, Лис надеялся, много таких личностей в знакомых, которые частенько отшиваются там, где не надо, лезут туда, куда не надо и находят так мастерски проблемы. А, впрочем, мальчишка бы не удивился, если бы тот вообще о нем ничего не помнил. Вот, как Лис недавно не мог вспомнить адрес тупого клуба.
И, почему-то, парень очень надеялся, что трубку все же сбросит кто-то из этих двоих. А потом они мило побеседуют о том баре, который Лис нагло спалил, а потом мальчишка тихо выйдет из отдела и где-нибудь мирно подохнет... один...
[NIC]Лис Кенер[/NIC] [STA]Я люблю [/STA] [AVA]http://se.uploads.ru/t/DmxYk.jpg[/AVA]

Отредактировано Gregory (2017-02-12 18:05:44)

+1

16

- Сбрось!
Признаки жизни мажорик подал весьма неожиданно. И этой самой жизни в его тушке хватило на то, чтобы сипло прошептать это короткое слово, а сказать его довольно громко и отчётливо.
"Сбрось"? У него там что, все серое вещество мозга героином заменялось? Сначала сам даёт номера, а потом ещё и не хочет, чтобы по ним звонили...
Капитан покосился на мажорика, сжав зубы. Не будь у него сейчас в руках телефона и собеседника на другом конце, который вот-вот возьмёт трубку...
Отвечает. И пока что слушает то, что ему говорит незнакомец, представившийся капитаном полиции.
То, что происходит следом, надо сказать, капитана изрядно удивляет.
Паренек умудрился не только самостоятельно подняться, но и даже преодолеть разделяющее их небольшое расстояние, не врезавшись при этом носом в стену. Стоит вот рядом, пошатываясь. Глаза - как у Хатико. Хорошо так покурившего запрещенный законом табачок Хатико.
- Или скажи ему хотя бы имя, или он сам сбросит.
Кажется, или во все ещё продолжающем гнусавить голосе слышно что-то, похожее на откровенную мольбу?
Просьбу капитан игнорирует. Сейчас одно в башке, через секунду - другое. Пора бы уже научиться принимать окончательные решения. И отвечать за последствия их исполнения.
Не прерывая разговора, берет мажорика за плечо, с нажимом усаживая на прежнее место. Сиди уже...не рыпайся.
- Представился как...- здесь Доберман не удержался от хмыканья. Ну не верит он, что "Лис" - настоящее имя этого чудика, не верит. -Лис Кенер. Знаете такого?
Выслушивает ответ, удовлетворенно кивает. Бросает беглый взгляд на юного наркушу.
- Тогда подъезжайте на Ленинскую 64. Где отдел полиции. Даже если не знаете, где это, отыскать несложно, ворота на красной линии находятся.
И откуда вдруг такая обреченность во все ещё неестественно расширенных зрачках?
- Хорошо. Ждём.
И нажимает на клавишу завершения вызова.
Сует телефон в карман, попутно натыкаясь на наручники. Чёрт, не туда. Не лето. Телефон - в джинсы, браслеты - в куртку.
Подумав, застегивает клапан на кармане. Необходимости в этом, конечно, особой нет...но так как-то надежнее.
Устали проведя плечами (как-никак, в это время он давно бы уже принял горизонтальное положение, послав к веру весь мир, находящийся за пределами кровати...), подходит к прикрепленым к стене сиденьям. Садится через одно от мажорика, прислонившись затылком к стене и вытянув ноги.
Как же все-таки он уже задолбался.
Хреновый день. Все один к одному. Проблемы с отчетами. Ушедший прямо из-под носа грабитель. Машина. Этот сученыш, чтоб ему больничная палата санаторием не казалась...
Не поворачивая головы произносит:
- Ну и что это сейчас было?
Хочется уже просто сбагрить этого упыря с глаз долой, и все. Вытрясанием денег на ремонт машины можно озаботиться и позже. Тачка все равно на штрафстоянке и без ведома и санкции Игнатюка никуда оттуда не денется. А установить её хозяина - проще простого. Серых поршей в городе не так много. Да и левые номера на такие машины ни один идиот вешать не станет.
Вспоминает о записанных в останках несчастной тетради адресе и номерах. Вытаскивает их, разворачивая.
Ладонь рвётся скомкать и вышвырнуть подальше, но разум подсказывает, что опрометчивых поступков совершать нельзя. Хватит. И без того уже годовой лимит превышен...
- Раз уж ты зачем-то все это накарябал...- голос ровный и практически безжизненный. Доберману уже и впрямь пофиг, что ему ответят. И ответят ли вообще. - ...то, может, и разъяснишь заодно, что это такое и нахрена оно мне сдалось?
Ведь и ежу же ясно, что паренек сделал все эти записи именно для него. Не для Левы же, в самом деле... узнать бы, правда, ещё с чего это он такой добренький вдруг...
Молчание повисает как-то само собой. Доберман прикрывает глаза, но, тем не менее, продолжает наблюдать из-под ресниц. И наблюдать достаточно внимательно.
Расслабиться полностью  в этом мире можно лишь в одном месте - у себя дома за закрытой на замок дверью. Да и то не всегда.
И уж тем более не здесь и не сейчас.
От наркомана всего можно ожидать.

Отредактировано Рхан`торр (2017-02-12 19:16:30)

+2

17

Его опять "аккуратно" садят на место, отчего мальчишка лишь сдавленно выдыхает, покорно выполняя не озвученный приказ сидеть и не рыпаться. Все же, как-то поздно отнекиваться. Трубку взяли. И Лис сам попросил сказать свое имя. Прикрывает глаза, еще раз выдыхая. И не понимая, какого черта так его жизнь усложнилась. Ну правда, жил себе спокойно, работал, в клубах развлекался, вел разгульную жизнь, а теперь сидит и получает.
- Представился как... Лис Кенер. Знаете такого? - Лис опять задумался о том, почему же ему, мать его, не верят. Имя как имя, нет, ну, понимает он, что необычное, но вон, некоторых Иоанами зовут и ничего, живут себе спокойно, а тут Лисом зваться нельзя. Вот, усталость снова сменилась очередной вспышкой агрессии, но не такой, как некоторое время в прошлом, а просто тихим раздражением, готовым выплеснуться мигом, стоит только подвернуться подходящему случаю.
Цыкнув, он облокотился на стеночку, устало коснувшись висков пальцами, чуть массируя. Сейчас ему казалось, что его мозг просто взорвется. И не только от мыслей, просто от состояния, от состояния полудохлой рыбешки, готовой впиться в любую протянутую руку.
- Тогда подъезжайте на Ленинскую 64. Где отдел полиции. Даже если не знаете, где это, отыскать несложно, ворота на красной линии находятся. - поднимает взгляд с какой-то надеждой, что это все - плохая шутка, что никому не звонили, никто никого не зовет в этот отдел, что и его здесь нет, а этот парень, стоявший перед ним, выбил ему все мозги рядом с машинами. Но нееет, Лис понимал, что нет, что, если бы ему даже этого хотелось, сейчас все очень реально, и ему придется отвечать за каждый свой поступок своей шкурой.
- Хорошо. Ждём. - мальчишка тихо стонет, будто бы это "ждем" ударило по его и так расшатанной психике хлыстом. За какие грехи? Ну за что?!
Мальчишка не сразу замечает, что тело мужчины устало плюхается рядом. Относительно рядом.
- Ну и что это сейчас было? - И Лис многозначительно косится более или менее сознательным взглядом в сторону мента, слегка прищуривается и отворачивается.
Быть может, сейчас его раздражение перекинулось на этого парня, однако, чувствовалось, что Лис скорее проклинал самого себя. И за ситуацию в целом, и за звонок, и за клубы... И вообще за то, что родился с этим чертовым именем.
Рваный выдох, странно, Лис совсем отвлекся.
- Это было самоубийство. Моральное. - Обреченно хмыкает мальчишка. Совсем без интереса и монотонно, уже нормальным голоском. Серьезно, он не знал, чего ожидать, когда его увидят таким образом, а, главное, ему было нестерпимо стыдно за себя и свой... видок?
И вообще, Лис не хотел, чтобы его видели вот в таком состоянии кто-то из... а особенно он. И надоедать ему не хотелось, и... В общем, его привязанность медленно сходила то на самобичевание, то на раздражение к этому самому человеку.
- Раз уж ты зачем-то все это накарябал...то, может, и разъяснишь заодно, что это такое и нахрена оно мне сдалось? - скосив глаза на мента, он фыркает, тебе ж плевать, по голосу даже наркоман определит, так какого...
Однако, сам мальчишка тяжело стонет повторно, утыкая личико в ладони.
- Слушай, ты же не думаешь, что я живу с родителями, богатенький сынок, который еще в придачу колется. Сам колется. А богаааатенькие папочка с мамочкой не обращают на это внимания, им ж похер на свое дитятко, да? - опять очередной выдох, откуда у него красноречие-то появилось? Вообще, Лис никогда не любил говорить серьезно, он любил поиграть или помолчать, но не серьезность, однако, сейчас он говорил раздраженно, высказывая уже все, что его бесило в обращении этого самого мента к себе. Бесило и раздражало. Просто Лис устал. Устал вести этакую проклятую жизнь, устал, что ему требуется чья-то помощь, устал.. просто устал.. -- Мажорик, который от скуки начал колоться, врезался в тачку мента, спокойненько дал себя избить, посидел в отделе... Покривлялся, да спокойненько домой уехал? К все тем же дорогим родителям, которые мирно смирились, что их дитя - еблан? Так думаешь? А потом так же смирятся с тем, что его избили, а подаренную машинку, на которой он и в жизнь не согласился бы ездить, разбили? Ты не родителям звонил. - убрать с лица руки, опять бросая красноречивы взгляд на ментика, прищуриваясь. Повисло молчание, за которое Лис немного успокоился или ему так показалось. В любом случае продолжил он уже спокойнее, не нервничая - Номер хозяина, и адрес его прогнившего клуба. И, кстати, хочешь, тебя там тоже чем-нибудь "вкусным" угостят без твоего согласия. - тихо смеется, внимательно глядя на мента, а затем, уже устало выдыхает, переставая подавать признаки заинтересованности вообще - И, пожалуйста, запомни уже, что я не пьяный и понимаю все, что ты говоришь. И, более того, помню. Был бы я под дозой, ты, конечно же, мог бы сказать, что я просто это все себе напридумывал и мне причудилось, однако, блять, у меня ломка, и я думаю о том, где бы мне достать очередную дозу, поэтому мозг работает не так уж и плохо. И, плюс, тот, кто сейчас приедет, беспокоит меня куда более, чем то, как достать очередную дозу. Поэтому, будь уверен, пока что мне ломка не грозит. - Злобно глянув, тот снова утыкается в собственные руки, ему тоже уже все надоело, он хотел домой. И не домой к тому, кто за ним приедет, и не домой к родным. А к себе. Домой, сука.
И пусть, он говорил не совсем правду, однако суть передал верно. Да, ему понравилась наркота, но он никогда не хотел становиться наркоманом, да он продолжил уже сам, но что с того, что он слабак морально? Что с того, что он абсолютный кретин, которому лишь бы дали поиграться?
Тяжелый выдох и такой же тяжелый взгляд, направленный в сторону двери. Ожидание медленно добивало мальчишку. И не важно о чем он думал: о том, что за ним не приедут, или о том, что за ним приедут; все было одинаково плохо
[NIC]Лис Кенер[/NIC] [STA]Я люблю [/STA] [AVA]http://se.uploads.ru/t/DmxYk.jpg[/AVA]

Отредактировано Gregory (2017-02-12 20:43:15)

+1

18

Работа была в самом разгаре и совсем не важно, сколько времени на часах. Разговор с бизнес партнёром не клеился. И нет, дело было даже не в том, что он старался увильнуть от своих обязанностей, он старался стащить у меня миллиарды долларов, и мне совершенно не хотелось терять корпорацию. Со спокойным выражением лица выслушиваю его заявление, о том, что он просто хочет компенсацию за гибель своих людей и что каких-то семнадцать миллиардов не стоит того, чтобы разрывать с ним контракт. Нет, я не собираюсь с тобой и дальше разводить эти нюни, киваю своим людям, и те со вздохом облегчения покидают конференц-зал. Смотрю на стеклянную дверь, где они тихо начинают перешёптываться. Ни чего страшного, сегодня последний день и завтра они смогут отдохнуть спокойно со своей семьёй, порадоваться жизни. Офисные работники, такие интересные люди. Они даже не задумываются, что происходит за этими хрупкими дверьми, когда их нет рядом.
- Альфред, я тебе говорил, что бывает с теми, кто крадёт у меня. Ты посмел тронуть моё, и ты поплатишься за это. – Не обращая внимания на его лепет, выключаю связь, усмехаясь, ему осталось жить не долго, так что можно не беспокоиться о нём. Вычислить его было трудно, пришлось напрячь все службы, даже мусоров, но они не смогли понять, кто же ворует деньги корпорации. Потратить два миллиона, чтобы нанять хакера, обычного мальчишку, который нашёл мне эту сволочь за пару часов. Хороший мальчишка, теперь работает у нас в отделе. Ни чего сложного, парочка дел и он в теме. Слышу голос секретаря, женщина, вроде хорошая, знаю её давно, она когда-то приносила кофе и почту, теперь вот личный секретарь.
- Здравствуйте капитан Домберг, вы позвонили в компанию Immortalitatem. Подождите пару минут, я подсоединю вас к генеральному директору. – Моя милая компания. Даже если меня не станет, она продолжит занимать первое место среди других компаний. Поднимаюсь из-за стола, подходя к ней, она успела открыть ноутбук и найти всю информацию о полицейском, странный он, не вызывает доверия. А мальчишки сегодня нет. Чтобы посмотреть всю базу. Плохо конечно, но всё же. Захожу в свой кабинет, снимая трубку.
- Я вас внимательно слушаю, Домберг. – Нет желания обращаться к этому человеку ка положено, да и ни когда я к ним так не обращался. Всегда считал их мусорами, даже высшие инстанции так их воспринимают, обсуждая их, когда тех не видно. Но они чаще всего лишь путаются под ногами в наших разборках. – Да, я знаю этого человека и могу… - Секретарь показывает знак, что отправить их не получиться. – Привезти их вам. – Скептически осматриваю лист с документами Лиса. Во что ввязался этот мальчишка снова и кто дал ему этот номер. В принципе это единственный доступный. Компания Имморталитатэм хорошее прикрытие для занятия другим бизнесом, в принципе мы не нарушаем законы, но вот очень им не нравиться наш второй бизнес, о котором они даже не подозревают, но всегда пытаются прикопаться к обычным сделкам на землю. – Скоро буду. – Поднимаюсь со своего места, подхватывая свой излюбленный плащ, киваю женщине.
- Закругляйся на сегодня, и попроси Спайка найти нам нового компаньона. Ты ведь и сама всё прекрасно знаешь, моя милая Стела. – Женщина чуть улыбается, обняв меня, поцеловав в скулу. Накидываю плащ и выхожу из главного офиса, отключая сигнализацию машины, устраиваясь на сиденье своей малышки. Bugatti Veyron Super Sports, она ни когда меня не подводила и вот, черед десять минут и я нахожусь возле участка, осматривая его с презрением. Если честно ни чем не отличается от клуба, откуда я забрал Лиса в первый раз. Захожу внутрь, осматривая помещение, и останавливаю взгляд на полицейском у стойки, подхожу к нему, осматривая его с презрением. Ни когда не любил людей.
- Где найти Домберга? – В голосе нет эмоций, как и на лице. Ожидать его действий не хочется, и когда спустя две минуты я не получаю ответа, презрение во взгляде становиться ощутимым, тот начинает шевелиться быстрее, и выдаёт мне местопребывания Лиса. Направляюсь внутрь, более не обращая внимания на его лепетание. Ни когда не любил таких людей, злы на богатых, а тем может, пришлось из-за этого в такое говно окунуться, что теперь не всплывёшь. Прохожу в длинный коридор, вылавливая повреждение мальчишки, хмурюсь, направляясь к нему. Скептически осматриваю, словив за подбородок, поворачивая его голову то в одну, то в другую сторону, осматривая его нос, я даже знаю, как можно получить такой удар, но сначала исправим эту оплошность неправильного хирурга. Чуть глажу его губы, и перехожу на нос, резко сжимая его, надавливая на переносицу и по бокам, заставляя кости встать на место. Поглаживаю его, успокаивая, и отталкиваю его, осторожно, едва обозначая толчок, поворачиваюсь к «капитану».
- Что с ним произошло? – в голосе совершенно нет эмоций. Но я точно хочу знать всю историю и если он посмел тронуть мальчишку, то ему не поздоровиться. Нет, мне совершенно не интересно знать, как он здесь оказался, при каких обстоятельствах. Мне интересны травмы на этом безбашенном мальчишке.
[AVA]http://sd.uploads.ru/1KpkY.jpg[/AVA]

Отредактировано Fenrir (2017-03-05 13:03:30)

+2

19

На ответ опер, честно признаться, не рассчитывал. Но, тем не менее, получил. Пусть и не совсем такой, какой ожидал. Хотя, чего уж там. Совсем не такой.
- Это было самоубийство. Моральное.
Так и подмывает спросить: "Чье?", но капитан воздерживается. Ни к чему. Разговор только затянет пребывание здесь этого паренька, лицезрение которого, по правде говоря, Доберману уже глубоко и всеобъемлюще надоело.
Впрочем, паренек придерживался явно иного мнения по данному вопросу....
Нет бы сказал одну-две фразы да заткнулся. Нет, это же слишком просто. Если говорить, то уж непременно таким вот достаточно длинным и прочувствованным монологом. Который, по правде говоря, опер  практически не слушал, механически размышляя, как у него только дыхалки хватает выдавать такое. К тому же, с поврежденными (а в этом Доберман не сомневался) ребрами.
И, справедливости ради говоря - ещё и о том, как бы его уже заткнуть. От трепа медленно начинала раскалываться голова.
По шее дать - поздно уже, сейчас папашка приедет. Можно, конечно, просто врезать как следует по нужному месту ребром ладони... а потом сдать бесчувственную молчаливую тушку с рук на руки, с невинной улыбкой сообщив, что юный нарик просто вдруг потерял сознание. А вовсе не был отправлен в отключку...
-...подаренную машинку, на которой он и в жизнь не согласился бы ездить, разбили?
Ох ты, надо ж. Он ещё и весь белый и пушистый, оказывается...
- Именно так я и думаю, - подтверждающий оскал. На паренька капитан по-прежнему не смотрит. - И причин своё мнение менять пока не вижу.
- Ты не родителям звонил.
- Телохранителю, начальнику службы безопасности, водителю... - хотя нет, для первого и последнего не та манера поведения у телефонного собеседника. Борзая слишком. Уверенная. В какой-то степени даже самоуверенная. Сошки себя так не ведут. - Мне плевать. Главное, чтобы через час твоей тушки здесь не было.
Замолкает. Какое-то время Доберман банально наслаждается повисшей тишиной.
Затем, снова:
- Номер хозяина, и адрес его прогнившего клуба. И, кстати, хочешь, тебя там тоже чем-нибудь "вкусным" угостят без твоего согласия.
Капитан приподнимает бровь в знак удивления. Интересно. Впервые видит, чтобы ответ появлялся раньше, чем успеваешь даже задать вопрос.
Вот оно как. Сам дилера сдал, даже говорить ничего не понадобилось.
- Конечно, - нет, это не согласие, это - язвительная насмешка. - Поймают, свяжут, а потом еще и героин переводить станут на хрен знает кого, непроверенного, который, как знать, еще и в ментовку побежит сломя голову после такого. Ай-ай-ай, где ж ты только такого тупого дилера нашел...
Мальчишка что-то еще говорит, но Доберман уже капитально его игнорирует. Внимание опера привлечено совсем к другому.
Входная металлическая дверь тяжко хлопает, впуская кого-то внутрь. Капитан поднимается. Поводит плечами.
А вот и папашка или кто он там, подъехал. Оперативно.
Хотя, немудрено. Небось, не на запорожце сюда добирался.
По-деловому, с неуловимой дороговизной одетый парень почти одних лет с Доберманом проходит мимо опера, словно тот был пустым местом. Капитан за его спиной кривит губы в презрительной усмешке. Дебилом опер никогда не был, вот и сейчас прекрасно понимал, как на него смотрит этот "хозяин жизни". Ну, правильно, кто он. Мент, мусор из заштатного отдела. Так, грязь под лакироваными ботиночками. Никто, и звать никак.
Вот за это он и ненавидел таких людей. Нет, ты можешь быть богат и успешен. Как говорится, в условиях демократии никто не запрещает. Но относиться ко всем вокруг, как к швали, не имеющей права даже называться людьми...
Посмотрел бы Доберман на него же, отсидевшего с месяцок в местном СИЗО. Быстро бы вся спесь сошла, как важность с ощипанного гуся.
За этим он как-то упускает из виду, что "папа" исправляет его работу по вправлению носа. Чуть хмыкает. Да на здоровье. Он и не претендовал на звание гениального пластического хирурга.
- Что с ним произошло?
А хотя бы "здрасте" сказать? Не, не надо? Ах, да... с волками позорными можно ж и не здороваться...
Несмотря на это опер, смерив незнакомца взглядом, собирается уже было ответить.
Но не успевает.

Отредактировано Рхан`торр (2017-02-13 15:59:59)

+2

20

- Я проверенный. И мне понравилось. - Хмыкает Лис, уже не думая продолжать разговор. Успокоиться - успокоился, а там уже... В общем, на мнение других ему было всегда пофиг, высказался - хорошо, душа больше не болит, совесть чиста, а там уже...
Лис устало игнорирует мента, упрямо сверля взглядом дверь. Действительно, ему уже начинало надоедать находиться здесь, да и роль он выбрал неудачную, слишком... Морщится, его говорливость дает о себе знать.
В общем, он и не надеялся, что ему поверят, однако, любопытство всегда кого-то доламывала, поэтому... Лис не сомневался, что тот позвонит по указанному номеру. Хотя, тот был не уверен, что кому-то ментик будет нужен, не то у него поведение, да и внешность... Позволяя себе отвести взгляд от двери, отмечает, что не одному себе он испортил сегодня жизнь, как-то удовлетворенно хмыкает и замирает.
Испуганный взгляд устремляется на вошедшего, и не потому, что мальчишка боялся этого человека, нет, он боялся совершенно другого, но признаться самому себе, да и тому самому человеку, он бы не смог.
Безотрывно следит за каждым движением мужчины, стараясь угадать, о чем тот сейчас думает и что собирается делать, что, однако, не получается у мальчишки. И он криво улыбается, ломано, жалко, но улыбается.
Тем временем, беспокойство нарастает с каждым шагом пришедшего, а уж тем более, когда тот хватает его за подбородок, осматривая. Сам он замирает, напрягаясь и не дыша, мало ли, что тому в голову взбредет, да и взбрело ему в голову нехорошее, это Лис понял, слегка расслабившись в первые мгновения, однако, очередное покушение на нос, оказалось неожиданным, но почему-то с доверием принятым. Даже не дернулся, почти, лишь зажмурился.
В голове он прокручивал последние часы этой жизни и не понимал, почему от его лица все никак не отстанут, но покорно отстранился, почувствовав легкий толчок. Наконец выдохнув, прикрывая ладонью свое многострадальное лицо и немного успокаиваясь.
- Что с ним произошло? – Тут же мозг снова просыпается, а мальчишка бросает на Кота беспокойный взгляд, затем переводя его на мента, уже вставшего с места. Быстрый вздох, рукой ухватывается за плащ этого самого кота, который явно не больно доволен сложившейся ситуацией и, не обращая более никакого внимания на опера, тянет к себе, привлекая внимание.
Лис все удивлялся тому, что он приехал. Удивлялся, радовался и стыдился. Впрочем, все свое смятение он спрятал, не так уж это и было тяжело, учитывая, что и эмоции толком на лицо не проскальзывали. Образ жизни сказался. А вот уставится в непроницаемое лицо вполне себе здорового, Лис почему-то задался вопросом, а здорового ли..., человека и грустно отметить, что тот держит обычную маску.
- Это... Я разбил машину, а потом... ну, хозяин машины не больно обрадовался... И... Ам, ну... Я еще был и не на своей обычной, поэтому меня сразу опознали, как богатенького сынка и... - Тут Лис осекся, вспоминая свой вид, но все же решил собраться с духом, отведя взгляд, а лучше уткнув его в пол. Прикусывает губу и понимает, что спрашивали не его, совсем не его... И вот ему могут не поверить, потому что он вмешался, но... И он хотел все же поскорее домой. И желательно к себе домой. - В общем, ты бы не мог подтвердить мою личность, ибо мне не верят, что меня зовут... именно так, чтобы этот злой дядечка отпустил меня наконец домой? - попытка улыбнуться, но неудачная, переводит дыхание, отпуская чужой плащ и старается деть куда-нибудь себя подальше - И... он мне помог, поэтому перестань его, пожалуйста, не замечать. И... Извини, пожалуйста, что я тебя... ам, ну... это единственный номер, который я смог вспомнить. Я... просто увлекся наркотиками случайно. - Лис не поднимает взор, выказывая и стыд, и вину. Совсем нет желания смотреть на мужчину, совсем нет желания смотреть на мента, да и вообще нет желания что-либо сейчас предпринимать.
- Я хочу домой... - уже открытым тоном умоляя, прошелестел мальчишка, все еще не решаясь глянуть в лицо обоим людям.
[NIC]Лис Кенер[/NIC] [STA]Я люблю [/STA] [AVA]http://se.uploads.ru/t/DmxYk.jpg[/AVA]

+1

21

Вижу, как напрягся коп, как только я захожу, как сжимается мелкий, мне это нравиться, но сейчас не время задумываться об этом. Слишком раздражён и первое впечатление ни когда мне не нравилось, но первых пару секунд людям достаточно, чтобы сделать свои выводы. Вот и этот коп, я чувствую его взгляд на себе.  Но мне всё равно на его отношение ко мне, он не заслужил другого обращения, а значит, пока будет так. Мусор он везде мусор. Не важно, какое у него звание, если же он считает по другому, то мне его жаль. Их главы такие же если не хуже. К примеру, тот, что в моём районе, ему только и давай, что взятки, а мне тратить деньги на такие отбросы не хочется.
Вижу, что он хочет ответить, но Лис как обычно лезет вперёд батьки. Теперь понятно, откуда такие травмы, но что-то про большую аварию с перевёрнутой машиной слышно не было, а нос сломать на машине нельзя. Да и все эти раны, максимум, что он должен испытывать тошноту и трудность при вдохе, если не сработала подушка безопасности, что наврятли. Так что все его слова, нет, в аварию я верю точно, но вот всё остальное. Где же тогда остальные виновники аварии? А стёсанные косточки мента, это так, профилактики ради, сегодня вора поймал, похоже.
Тянет меня за плащ, как маленький ребёнок, честное слово, когда-нибудь я устрою ему порку, но сейчас. Сейчас лучше сосредоточиться на нём, чтобы это ни было, сейчас мне в подробностях всё изложат, и нужно в это поверить. Осматриваю его сжавшуюся фигурку, подмечая все мелочи. Ты же не думаешь, что я буду верить каждому твоему слову? Нет честно, ты бы хоть думал, прежде чем говорить, но да ладно, суть я уловил. Едва заметно приподнимаю бровь, смотря на него. Серьёзно? Они бы свалили, как только ты в них врезался, ну или потребовали бы с тебя деньги за причинённый вред, но в драку с мажором не полезли. Отводит взгляд, утыкаясь в пол, стараясь сделать вид, что он ни чего не говорил.
- Хорошо, ты врезался в людей и они тебя избили. Полицейский привёз тебя в допросную, вместо того, чтобы тут сидели те, кто избил тебя, и вызвать пострадавшему скорую помощь. – В голосе нет ни намёка на удивление, скептицизм, да там вообще нет эмоций. Спокойный ровный тон и такой же взгляд. – Тогда мне стоит узнать, по каким причинам существо, что прибыло на место, не удосужилось исполнить свой долг. – Отворачиваюсь от Лиса, когда он отпускает плащ и смотрю на мусора, но мальчишка вновь продолжает. Ни когда не любил эту его черту характера. В каждой бочке затычка, но какой голосок. Пристально рассматриваю его. Кажется повреждений больше, чем я рассчитывал, руки чешутся врезать тому, кто притронулся к моему Лису, но сдерживаю сей порыв, не время. Домберг ещё не сказал своё слово.
Оборачиваюсь к парнишке слишком резко, так, что плащ хлопает по воздуху, создавая ощущения, что это крылья, чуть усмехаюсь, так чтобы этого не заметил второй мужчина. – Запомни, малыш, не «меня зовут», а «моё имя». Звать тебя могут как угодно и где угодно. А имя у тебя одно и на всю жизнь. – Голос становиться холодным с каждым произнесённым словом. Его слова возвращают мне то самое раздражение, которое я испытывал при первой встрече. Почему этот мальчишка вызывает такую неординарную реакцию? Его вроде как хочется грохнуть и в тоже время прижать к себе и успокоить. – Значит, наркотиками балуешься. Экстази? Героин или может быть Спайс? – задерживаю взгляд на его теле, но больше ни чего не говорю, не думаю, что здесь это уместно. Прибью ещё, потом оправдываться, перед законом. Оборачиваюсь к менту, подходя к столу, достаю из внутреннего кармана плаща ксерокопии документов, но оставляю их у сея, так и не протянув мужчине, смотрю ему в глаза, стараясь понять его, сделать определённые выводы, чтобы быть уверенным в той правде, что мне расскажут.
- И так, что произошло на самом деле? – Игнорирую мальчишку, пусть немного посидит. Даже не представляю, почему мне хочется сделать ему больно. Смотреть, как ломаются все кости, по одной. Как он будет сначала стонать, а уже потом кричать от боли.
[AVA]http://sd.uploads.ru/1KpkY.jpg[/AVA]

Отредактировано Fenrir (2017-03-05 13:03:46)

+1

22

По мере того, как мальчишка, неожиданно влезший в разговор, объяснялся (сбивчиво, путано, но тем не менее...) глаза капитана все больше лезли на лоб. Ну никак он не ждал, что помятый (и как следует помятый) им мажорик вдруг станет на его защиту. Похоже, с мозгами у этого Лиса все даже еще хуже, чем опер предполагал вначале...
Точнее, лезли бы. Если бы Доберман не прятал свои эмоции под маской холодной, чуть презрительной отстраненности. Разум подсказывал, что сейчас как раз следует быть о-очень осторожным. Словно бы идешь по тонкому льду. Наступил не туда или резче и тяжелее, чем следует...
Хрен знает, какими рычагами давления располагает этот приятель (или кто он там ему?) юного наркомана. А располагает он ими определенно. Не банковский клерк, вся власть которого распространяется ровным счетом лишь на его собственный нос.
Как он, в принципе, и ожидал, пареньку не поверили. Да уж немудрено. Он и сам бы в такое не поверил. По-детски наивно и шито сикось-накось белыми нитками.
"Приятель" скользит взглядом по костяшкам пальцев капитана, явно отыскивая следы того, что эти кулаки недавно по кому-то прошлись. Сам опер при этом остался совершенно невозмутим. Пусть любуется.
При использовании кастета металлические кольца оказываются как раз на этих самых костяшках. Двойная выгода. И удар больнее, и собственные пальцы защищены.
- Хорошо, ты врезался в людей и они тебя избили. Полицейский привёз тебя в допросную, вместо того, чтобы тут сидели те, кто избил тебя, и вызвать пострадавшему скорую помощь. Тогда мне стоит узнать, по каким причинам существо, что прибыло на место, не удосужилось исполнить свой долг.
Существо?
Верхняя губа чуть дергается, но в остальном ничего не выдает реакции на это презрительное обращение. Нет. Нельзя. Раз уж вляпался по собственной несдержанности, то теперь расхлебывай. Если хочешь, можешь считать, что этот высокомерный упырь тебе послан в качестве наказания.
Никогда не рычи на то, чего не знаешь. Боком может выйти. Надо сначала разобраться, что это за экземпляр вообще. Что он из себя представляет. Какие у него возможности. В общем, собрать как можно больше информации и проанализировать ее как можно тщательнее.
А потом уже решать, что делать. Бить в ответ... или оставить в покое по принципу: "не тронь - не завоняет".
Капитан уже, в принципе, знает, что ответить. Паренек своей выходкой дал ему время бегло обдумать линию поведения, которой следует придерживаться. Конечно, не полностью и всеобъемлюще... в общих чертах, но и этого достаточно. Главное - начать.
- Итак, что произошло на самом деле?
- На самом деле? - взгляд чуть прищуренный, глаза в глаза. Вранье, что по зрачкам, белкам и радужке можно понять, что на уме у человека. А вот прямой взгляд... да, некоторыми он воспринимается как угрожающий. Но большинство же видит в нем проявление честности. В особенности если в них - ничего, кроме такого же холода, как тот, что покрыл изморозью темно-серые глаза опера. - В общих чертах господин...- он надавливает на это слово. Насмешки, даже легкой, в голосе нет, но она и не нужна. - Кенер прав. Судя по всему, у него действительно вышел... конфликт с каким-то водителем. Подробностей, увы, не знаю. Не присутствовал. Скажу только лишь, что обнаружил его на дороге возле разбитой машины.
На пару секунд замолкает, не отводя взгляда. Сделать это означает сдаться. Признать свое поражение и свою ложь.
- А насчет долга... рабочий день уже давно окончен, - жестко, - и на той улице я был всего лишь гражданским, который направляется домой. И мог бы спокойно оставить... - на "вы" к этому человеку Доберман обращаться не желает, отыскивая общие фразы:- господина Кенера рядом с его же авто. Но я этого не сделал. В ментовке, хоть она и мало похожа на дорогой особняк в стиле барокко, все же лучше, чем на мокром грязном асфальте. И скорую, к слову, вызвал. Только вот получил в ответ, что все машины заняты и подъехать никто не может.
Ложь, конечно. Ложь. Но пусть попробует это доказать. Имея знакомого в диспетчерской службе "скорой", несложно внести в базу информацию о нужном звонке. Да и нехватка машин - чистая правда. В районной больнице дела обстоят как раз таким образом. Проверялось, причем неоднократно...
Все полетит коту под хвост лишь в одном случае.
Если мажорик вдруг вновь решит круто сменить линию поведения.

+1

23

Сидеть, не рыпаться и пытаться слиться с окружающей средой. Лису почему-то очень хотелось остаться в отделе, остаться и не ощущать на себе чужой взгляд. В первую встречу, он отметил, что чувствует себя кроликом рядом с удавом, а сейчас это ощущение себя оправдало. Выдумать что-то нормальное было просто невозможно, и он прекрасно понимал, что ему не поверят, однако...
- Хорошо, ты врезался в людей и они тебя избили. Полицейский привёз тебя в допросную, вместо того, чтобы тут сидели те, кто избил тебя, и вызвать пострадавшему скорую помощь.  Тогда мне стоит узнать, по каким причинам существо, что прибыло на место, не удосужилось исполнить свой долг. – недовольно морщится, поднимая возмущенный взор на своего... Нет, Лис сомневался, что может назвать этого мужчину своим, да и дать точное определение... В общем, ему совершенно не нравилось поведение этого человека. И во взгляде явно читалось негодование. Минута, другая, в течении которых Лис пилил злобно того, кто, по идее, должен был его забрать, а вместо этого разводил хрен знает что, поморщившись, он отвернулся.
- Хватит уже. - Шипит. Недовольно и зло. Ему, по правде говоря, было все равно на мента и то, чего хотел его "друг", ему просто хотелось домой. Косится на другого виновника всей этой глупой ситуации (Лис считал себя достаточно лояльным во всех отношениях, людей с тяжелым характером терпеть он мог и терпел, однако... Когда эти "Тяжелые характеры" сталкивались между собой, было намного тяжелее терпеть). - Мне можно уже домой? - Мол, хотите что-то выяснять - разбирайтесь сами, а если я где-нибудь грохнусь и не смогу встать - не ваши проблемы.
Лис поднялся на ноги, поежившись под очередным холодным взглядом человека, которого, по глупости своей, сам и позвал. В принципе, было не в новинку совершать какой-нибудь бред, но...
– Запомни, малыш, не «меня зовут», а «моё имя». Звать тебя могут как угодно и где угодно. А имя у тебя одно и на всю жизнь. – Настороженно слушает, слегка не вникая в слова и не понимая, что он сказал не так, а еще не понимая, почему тот с этого так взъелся. Вопросительный взгляд в сторону этой злобной личности быстро исчезает, обращая внимание на более важные проблемы. – Значит, наркотиками балуешься. Экстази? Героин или может быть Спайс? – Вновь задерживает дыхание, натянув рукава сильнее, почти инстинктивно пряча и царапины, и следы от уколов. Мысли от ситуации отошли, направляясь в совсем иную сторону. Ведь и вправду проблемы были... серьезнее, чем ему могло показаться.
Хотя бы потому, что неизвестно, что ляпнет мент, и как на это отреагирует мужчина, а главное, как это потом обернется для самого Лиса. Последний все больше сравнивал ситуацию со школьной скамьи, когда "папочку" вызывали в школу. Но, почему-то, мальчишке показалось, что кое-кто переигрывает свою роль.
- И так, что произошло на самом деле? – фыркает, Лису хочется сейчас свалить и не выслушивать всю эту ахинею, которую почему-то отчаянно пытаются вытянуть из мента. И... По его, лисьей вине.
- На самом деле? В общих чертах господин... Кенер прав. Судя по всему, у него действительно вышел... конфликт с каким-то водителем. Подробностей, увы, не знаю. Не присутствовал. Скажу только лишь, что обнаружил его на дороге возле разбитой машины. - Переводит взгляд на говорившего, чуть щурясь, но затем снова виновато утыкает взор в пол, мол, его это совсем не касается. Ни "правдивая" ситуация, ни этот мент, ни этот... Выдыхает, аккуратно подходя к своему "другу", свято надеясь, что его не шатает, как пьяного. - А насчет долга... рабочий день уже давно окончен,  и на той улице я был всего лишь гражданским, который направляется домой. И мог бы спокойно оставить... господина Кенера рядом с его же авто. Но я этого не сделал. В ментовке, хоть она и мало похожа на дорогой особняк в стиле барокко, все же лучше, чем на мокром грязном асфальте. И скорую, к слову, вызвал. Только вот получил в ответ, что все машины заняты и подъехать никто не может. - ловит чужую руку выше локтя, не отводя взгляда от чужого лица, которое, по сути, ничем хорошим ему не сулило.
- Ты отвезешь меня домой или будешь и дальше строить из себя высокомерную сволочь? - еле слышно шипит, очень надеясь, что мент эту фразу не услышит. И шипит холодно, тихо, прекрасно зная, что ему может влететь. и влететь не хило. Очень так не хило, но внимание отвлечь хочется. Любым путем. Пусть даже если его в конечном итоге поломают до конца, а чего, не так уж много сил требуется. Упрямо сверлит взглядом того, к кому сейчас хочется просто прижаться и успокоиться, но нееет... Надо же выяснить все.
[NIC]Лис Кенер[/NIC] [STA]Я люблю [/STA] [AVA]http://se.uploads.ru/t/DmxYk.jpg[/AVA]

+1

24

Коп чуть прищурился, всматриваясь в мои глаза, выспрашивая, точно ли я хочу знать правду. То ли пытается доказать, что говорит правду, то ли пытается напугать, в принципе всё равно. Все его действия, и эта заминка, говорит о том, что он раздумывает. А это уже ответ на мой вопрос. Так что он может не волноваться, я и так могу сказать, что именно там произошло. Камеры стоят на каждом столбе и у каждой хорошей иномарки вбитый кодовый замок на видеорегистратор, так что твои дружки не смогут исправить запись, да и мои не дадут, конечно, если у тебя такие имеются. Да и каждая фраза пропитана фальшью, видите ли, он прав. Как ты мог поверить, что я поверю мальчишке, которого знаю достаточно для этого и прекрасно вижу, что он не желает говорить мне правду. Так и хочется поинтересоваться, мужик, а ты веришь в то, что говоришь? Ни как не реагирую на его фразу, продолжая смотреть на него, лишь во взгляде появляется больше призрения, чем было до этого. Может коп он и хороший, но методы его не внушают доверия, стоит намекнуть, чтобы всех прошерстили в этой забегаловке.
Кстати говоря, мальчишку я игнорирую, стараясь не обращать на него внимания, я слишком зол на него и любое напоминание, может примести к неожиданным последствиям, о которых даже думать не хочется, слишком всё кровавое, прибил бы его на месте. А вот ответ этого Домберга поражает воображение, нет честно, если бы не эта маска, я бы рассмеялся, слишком комична эта ситуация. Кажется не у одного Лиса проблемы с ложью. Мужик полуправда, является ложью, а я, кажется, спросил, что произошло в реальности.… Иногда лучше сказать правду, хотя откуда тебе знать, через что проходят дети богатых людей… - Значит он прав… Хорошо. – Его слова о работе могут вызвать лишь смех. Кажется, он плохо читал свой трудовой договор и совершенно забыл, что каждый военнообязанный является при исполнении двадцать четыре часа в сутки семь дней в неделю. Особенно в случае помощи пострадавшим в ДТП или ЧП, или ещё где-то.… Но я не буду напоминать столь маленькую деталь, особенно, если она не важна. Раз он утверждает, что его рабочий день закончен и сюда он привёз его лишь по доброте душевной, пусть будет так. Нет, конечно, участок намного лучше, чем больница, это в любом случае.
Злость переполняет меня и я уже готов хорошенько впечатать кэпа лицом в пол, когда парнишка хватает меня за руку, сжимая её, будто бы она спасательный круг. Его голос чуть дрожит, у него потрясающе получается шёпот, такой вибрирующий, едва слышный. Особенно если взять во внимание, что он старается быть холодным. Странно, что ещё нет приступа, особенно с наркотическим опьянением. А как старается, «высокомерная сволочь». Кажется, так меня ещё не называли.… Если честно не припоминаю, обычно мне хватало одной встречи с пассией, а потом она исчезала из моей жизни навсегда. Не поворачивая к нему головы, осторожно, но легко разжимаю его хватку и медленно приближаюсь к менту. Толкаю его к стене, не сильно, но так, что слышу, как он приложился головой о стену. Подхожу к нему ближе, удерживая за лацканы одежды, легко удерживая его, обращаю внимание на свои руки в кожаных перчатках, стараясь не порвать одежду, фиг знает, сколько он зарабатывает, склоняюсь к нему, смотря ему в глаза.
- Виталий Юрьевич Домберг, по прозвищу Доберман, надеюсь, мы с вами больше не повстречаемся для вашей же безопасности. – Склоняюсь ещё ближе, понижая голос, так чтобы мальчишка не услышал меня и даже не увидел, что я что-то говорю. – Запомни на всю жизнь, никому не позволено трогать моё. – Чуть отстраняюсь, легко поправив его одежду, резко отстраняюсь. – Надеюсь, вам не придётся платить штраф за халатность по отношению к человеку. – Голос всё так же пропитан льдом и в нём нет ни одной эмоции. Спокойно поворачиваюсь к капитану спиной, медленно подходя к Лису, словно давая возможность мужчине напасть на меня, и показывая, что я его не боюсь и даже не опасаюсь. Встряхиваю перчатки, прижав мальчишку к себе за плечо, чуть улыбаюсь, скидывая свою маску, смотря ему в глаза. – Кажется, кто-то плохо усвоил свой урок и его придётся освежить в твоей прелестной головке. – Голос тихий, так чтобы слышал лишь мальчишка. – И в следующий раз, звони мне на личный телефон, а не в компанию. – И чуть усилив голос, чтобы слышал Домберг, чуть холодным голосом говорю. – Раз ты не задержан, то мы свободны. Пойдём на выход. – Направляюсь с мальчишкой на выход и чуть хмурюсь, когда нас пытаются остановить, но мужчина быстро сливается, удаляясь куда-то в подсобку. Вывожу лиса на улицу, прижимая к себе плотнее, чтобы не дай дьявол не навернулся. Усаживаю в свою малышку, оглядываясь на участок. – Ты ведь ни чего здесь не забыл?

[AVA]http://sd.uploads.ru/1KpkY.jpg[/AVA]

Отредактировано Fenrir (2017-03-05 13:04:03)

+1

25

- Ярлык в следующий раз приклей, сука, - рычит вслед, брезгливо отряхиваясь. Не заботясь о том, услышат его или нет. Да хоть бы и услышат, плевать. Злоба до того сильна, что капитану уже плевать на последствия. Выговор, увольнение, тюрьма... десять лет за то, чтобы дать как следует в морду этой наглой сволочи. И еще десять - за то, чтобы увидеть страх в этих глазах.
Разворачивается, размашисто шагая по коридору, тяжело впечатывая подошвы в пол. Дежурный пытается окликнуть, но Доберман уже не слышит его голоса. Сейчас для него имеет значение только то, что происходит в собственной голове.
Думаешь, я вот так просто проглочу это? Ошибаешься.
Серьезно ошибаешься.

У него есть телефон этой компании. А, следовательно, есть и ее адрес, название и имя ее хозяина.
Привлечь все ресурсы, задействовать все связи, какие только есть. Налоговая, пожарники, санэпид... он разорится на взятках, скалился опер. Сунет одному - другой тут же протянет лапу в требовательном жесте. И этот круг не порвется до тех пор, пока владелец корпорации не будет бомжевать на городском вокзале.
Вот тогда они и встретятся снова. Уже на совсем других условиях. Приятно будет смотреть снизу вверх на того, кого считал грязью, а, тварь?
Хлопает калиткой, рывком открывает дверцу машины. С грохотом захлопывает, заводя. Автоматика сразу начинает возмущенно орать, но на возню с расстегиванием-застегиванием ремня опер сейчас не настроен. Пропускает ремень за спиной и зло лязгает защелкой.
Сворачивает на соседнюю улицу, тормозя возле невзрачного круглосуточного магазинчика.
Продавщица за прилавком знакомая. Значит, продаст. Время позднее, но опыт общения уже наглядно показал полной русой женщине, что неприятностей от этого хмурого жилистого парня ждать не стоит.
Облокачивается на прилавок.
- Водка есть?
Сам не узнает свой голос. Хриплый, рвущийся. Ледяной. Голос человека, готового убить сейчас любого, кто осмелится возразить или просто сказать что-то оскорбительное.
Продавщица молча ставит бутылку. Опер разворачивает ее этикеткой к себе, уголки губ ползут вверх. Хорошая. Не та дешевая бодяга, которую массово берут (и которой так же массово травятся) местные алкаши.
Бросает тысячную бумажку, не спрашивая ни стоимости товара, ни тем более сдачи.
Толкает дверь.
Уже в машине открывает и отхлебывает прямо из горла, почти не чувствуя вкуса. Останавливается только тогда, когда содержимого остается чуть больше половины. Зажимает нос рукавом, хрипло кашляет. Пару раз глубоко вдыхает-выдыхает, избавляясь от ощущения жжения, вызываемого спиртом.
Скалится.
Отхлебывает еще, затем открывает окно и вышвыривает недопитую бутылку на асфальт. Жалобный звон разбитого стекла вызывает хриплый смех. Капитану нравится этот звук. Очень нравится. Как он похож на жалобный скулеж в сочетании с хрустом ломаемой кости...
Лезет в бардачок, вышвыривая содержимое на сиденье. Документы, телефон, тряпка для ветрового стекла...
Пистолет.
Ласково поглаживает вороненую сталь. Прикидывает в руке.
Травмат, да. Но это не значит, что это плохое оружие. Надо просто знать, куда целиться.
Вытаскивает обойму, заряжает. Не торопясь, со вкусом. Растягивая губы в кровожадной ухмылке голодного волка.
- Пиф-паф, белке в глаз, - почти неслышно шепчут пересохшие губы, чуть растягивая слова. - Поиграем? Тебе понравится, обещаю...
Бережно кладет оружие на соседнее сиденье, проведя напоследок указательным пальцем по холодной стали ствола.
Мотор ровно рокочет, заводясь вновь.
Ночные улицы пусты. Хоть Доберман и пьян, но прекрасно соображает, что на центральные проспекты соваться не стоит. Выше шанс нарваться на гаишников. Хотя... они и там стоят лишь в период облав...
А вроде бы у них как раз и на этой неделе...
Отмахивается от мысли, словно от назойливой мухи, мотая головой.
Едет он медленно, не привлекая к себе внимания, хотя и отчаянно хочется втопить в пол педаль газа. Нельзя-ааа... Тогда эта игра кончится быстрее, чем успеет начаться.
А так же ведь неинтересно, не правда ли?
Сворачивает на дорогу, ведущую к Зеленому Долу - местной городской Рублевке. Что-то - нет, уже далеко не логика и не разум... подсказывает, что искать нужно здесь. Именно здесь. В этом поселке, где скучковались самые толстые мошны города.
Отгородились высокими заборами, охраной и шлагбаумом... капитан тихо смеется - до того забавными и глупыми кажутся ему все эти ухищрения. Это еще никогда и никого не спасало.
Не спасет и на этот раз.
Дальний свет фар внезапно вылавливает из ночной темноты очертания автомобиля, стоящего на обочине. И человеческий силуэт. Голосующий.
Доберман сбавляет скорость. Тормозит напротив.
Человек идет к его машине, даже не обращая внимания, что его внимательно разглядывают.
И не обращает внимания на хищную улыбку радости на лице водителя.
Доберман берет пистолет. С щелчком снимает предохранитель. Выходит.
И, продолжая щериться, вскидывает руку и без колебаний нажимает на спусковой крючок.
С размаху и с невыразимым удовольствием пинает свалившееся к ногам тело. Тот еще дергается, но все равно он уже мертвец. Лишь только парой минут позже.
Капитан никогда не промахивался.
Присаживается рядом, наклоняя голову.
- Ну, так как-то, - голос, можно сказать, будничный, насмешливый. Медленно проводит языком по сохнущим губам, словно кот, слизывающий кровь только что убитой мыши. - И кто из нас двоих сейчас падаль? Кто?
Протягивает руку, поворачивая к себе лицо убитого.
- Я с тобой ведь разговариваю, - насмешливый шепот. - Невежливо...
Пару секунд внимательно изучает черты...
Затем опускает руку.
Нервный, истеричный, но вместе с тем громкий, отчасти даже веселый смех. Капитан садится на асфальт, не замечая ни грязи, ни холода, и продолжает безудержно ржать.
Вроде замолчит на пару секунд, но затем вновь взглянет на лицо убитого им человека и вновь разразится приступом хриплого, абсолютно безумного смеха.
Не он... не он...хаа...
Зачем смех переходит в гортанный вой. Злобный, яростный. Обманутый и полный ненависти.
Капитан подхватывает с асфальта выпавший из руки пистолет, вскакивает.
Крутится на месте, сжимая рукоятку до боли в пальцах.
- Где ты, мразь... - стреляет в пустоту, в одну из мрачных теней, напомнившую человека. - Где? - еще одна пуля уходит в ночь, содрав кору с тонкой невысокой березки.
- ГДЕ-ЕЕ???!!!

продолжение следует...

Отредактировано Рхан`торр (2017-02-19 10:10:26)

+2

26

Лису казалось, или раньше он действительно был способен склеить правдивую ложь за короткий срок? Или это жалкое состояние перекрыло все? Опустило... Сломало... Сломало ли? Лис все еще не мог определиться, почему он так терялся. И почему ему было так страшно.
Ощущение, что он всего лишь маленький ребенок, ни на что не годный, замученный и ничтожный, добивило, заставляло снова уткнуться взглядом в пол, настойчиво изображая, что его здесь нет и никогда не было.
- Значит он прав… Хорошо. – И ответ Кота ему не больно понравился, тот ответ, который заставил мальчишку вздрогнуть, замереть и напрячься еще больше. Дышать становилось тяжелей с каждой минутой. Самовнушение? или...
Руку разжимают, заставляя отпустить его. Беспокойный взгляд вскинутый на Кота, выражающий полную беспомощность и неспособность хоть что-то сделать. Раньше бы Лис посмеялся, что-нибудь съязвив.
Раньше... Сейчас он вернулся к созерцанию полового покрытия, не оборачиваясь к оперу, к которому проследовал "удав". Смирение? Может быть, но Лис действительно не хотел оборачиваться или предпринимать что-то еще, хотя бы потому, что состояние ухудшилось, что ему придется еще перетерпеть другой допрос, что... На самом деле, этих "что" с каждым вздохом увеличивалось. И Лис это прекрасно понимал.
- Виталий Юрьевич Домберг, по прозвищу Доберман, надеюсь, мы с вами больше не повстречаемся для вашей же безопасности. Надеюсь, вам не придётся платить штраф за халатность по отношению к человеку.  – Выдох, облегченный ли, не важно. Глаза тут же прикрывает, почти расслабляясь. Почти, ибо для него еще ничего не закончилось. И самое главное... Сейчас не разозлить еще больше кое-кого.
В первый раз мальчишка ощущал непонятный страх. Противоречивый, новый... Неприятный. Прикосновения заставляют вздрогнуть, подняв глаза и встретившись с взглядом Кота. Улыбка замечена, но сильных изменений в настроении не дает. Быть может, и нет ничего страшного или неприятного в ближайшем будущем, лишь мнительность мальчишки разыгралась до непозволительности... Судорожно вздохнув, Лис еле сдерживает себя, чтобы не прижаться всей своей тушкой к мужчине, не прижаться...
– Кажется, кто-то плохо усвоил свой урок и его придётся освежить в твоей прелестной головке. – Просто напросто непонимание, заставляющее напрячься вновь. Но вопрос так и не сорвался с губ мальчишки. Да и этот "урок" ничем хорошим для Лиса не отметился, а вот смутные догадки в эту самую головку внес - И в следующий раз, звони мне на личный телефон, а не в компанию. - Твою компанию тяжело найти,  не говоря уже о твоем личном телефоне. Но и свои мысли Лис не озвучил, все же не решаясь, не понимая, как ему себя вести. И неуверенность, что разозлит чем-то для него непонятным, вернулась вместе с дрожью.
– Раз ты не задержан, то мы свободны. Пойдём на выход. – Взгляд, брошенный на Кота, смешивал в себе разные оттенки настроения мальчишки.
Во-первых, он боялся идти с ним. И не потому, что он боялся его самого, нет. Он был достаточно рад, что именно он приехал за ним. Но страх, казалось въевшийся в него, не отпускал. И ему совершенно не нравилось такое положение вещей.
Во-вторых, он был не уверен, что поступает верно, все его состояние: и физическое, и моральное; говорило ему о том, что он может просто напросто не выдержать. А что выдержать, мальчишка придумать и осознать пока не мог.
И было еще много причин, почему он замешкался, однако... Разве его мнение когда-нибудь спрашивал этот человек? Поежившись, двинуться  вместе с ним, бросив беспокойный взгляд на опера. О, Лис волновался. И волновался сильно. Но  говорить об этом ни менту, ни коту он не собирался.
Оказавшись в машине, тот сразу же попытался исчезнуть. Правая рука сжала рукав левой, взгляд смотрел куда угодно, избегая человека, усадившего Лиса в машину. Да и сам он весь сжался, мелко подрагивая.
– Ты ведь ни чего здесь не забыл? - Автоматически отвечает "нет", понимая, что слишком быстро. Чересчур быстро... Травмат и телефон, но...
Минута, другая, неуверенно поднятый взгляд, руки, приобнявшие самого себя за плечи и чуть подрагивающие губы... Лису было явно было тяжело, какие притворства и маски... Которыми он в изобилии пользовался при первой их встречи. Сейчас до невозможности было просто сдержать себя, не то, чтобы притвориться...
- Я хочу домой. - еле слышный полушепот, в который раз умоляющий просто отвезти его домой, оставить в покое и... Избавить от стыда и неловкости.
Глаза почти сразу же отводит, тут же запуская собственные пальцы в волосы, сжимая их, дергая... Закрытые глаза и очередной слишком громкий вздох.

[NIC]Лис Кенер[/NIC] [STA]Я люблю [/STA] [AVA]http://se.uploads.ru/t/DmxYk.jpg[/AVA] [SGN]****[/SGN]

0

27

Слышу фразу этого Добермана и лишь скептически выгибаю бровь, задумавшись об осуществлении этой мысли. Может на нём и вправду метку поставить, так чтобы была всем видна? Что-то заметное… Татуировка на пол лица? Нет, не пойдёт, не хочу портить его кожу, но что тогда? В голове крутиться слишком много разных вариантов, но не один пока что не подходит. Может завтра, я придумаю что-то получше, чем пирсинг?..
Тихо фыркаю, и закрываю за ним дверь машины, сажусь в купе, осматриваю мальчишку, закрывая за собой дверцу машины. Оглядываюсь назад и подбираю красный в синий квадратик плед, накидывая на мальчишку. Не нравиться мне его состояние, и этот еле слышный шёпот. Нет, малыш, я, конечно, знаю, где ты живёшь, но туда тебя в таком состоянии не повезу. Твои не будут рады увидеть тебя таким. Да и твоя сестра мне снова начнёт втирать, что с детьми так нельзя обращаться и снова будет тот внимательный взгляд и печальные глазки. Девушки, как же я их ненавижу.…
Завожу машину и плавно веду её к себе домой. Буквально через пару мгновений полицейский участок уже не виден, да и тот коп мне совершенно не нравиться. Беру телефон и звоню Спайку, ожидая, когда он поднимет трубку.
- Ночи.… У меня к тебе дело. Надо перешерстить копов, не нравиться мне, как они реагируют на богатых людей. Превышают свои полномочия. Проверь каждого, чтобы все соблюдали закон, и наведи там порядок,… Конечно, ты же знаешь, я всегда помогу тебе.… И нет, её не впутывай, пусть отдохнёт уже. А то отпуска до сих пор нет… Счастливо. – Кидаю телефон в бардачок, обращая внимание на Лиса. Ломка или синяки? Не понятно, надо будет осмотреть. Ускоряюсь и еду быстрее положенного, смотря на дорогу. Подъезжаю к высотке и заезжаю в подземный гараж, оставляя там машину. Сегодня не хочется, что бы Лиса видел кто-то кроме консьержки.
Выхожу из машины и открываю вторую дверь, осторожно поднимая завёрнутого в плед Лиса на руки, стараясь не причинить ему вреда. Сначала осмотрю на наличие травм, а потом всё остальное. И, конечно же, стоит его наказать, за то, что принимает наркотики, да и ссадить надо, пока ещё не поздно. Прижимаю его к своему телу, стараясь быть осторожным, поднимаюсь к себе, кивнув женщине, которая лишь удивлённо проводила нас взглядом. Возможно, она не забыла мальчишку, хотя как такого возможно забыть? Поднимаюсь с ним на лифте, чувствуя, как его тело подрагивает. Слышу звон, оповещающий, что мы прибыли на этаж и выхожу из железной клетки, направляясь к своей квартире. Открываю дверь, и, зайдя в квартиру, захлопываю её, направляясь в комнату, укладываю свою ношу на кровать, включая отопление на полную катушку, рассматриваю его. Как только становиться теплее, начинаю раздевать его, нежно целуя его шейку, отстраняюсь, стараясь не отвлекаться. Снимаю с него одежду, смотря на кровоподтёки. Вздохнув, поднимаюсь и направляюсь в ванну, наполняя воду, добавляю туда мелису и ещё парочку трав, и возвращаюсь за мальчишкой, поднимаю его на руки, и несу в ванну, отпуская в тёплую воду, надеясь, что всё будет нормально, и она не будет горячей.
Начинаю смывать с его тела грязь и кровь, осторожно споласкивая его волосы, которые так же слиплись от крови, устраиваю его удобней, рассматривая его руки, и тело.
- Расскажешь, что с тобой происходит и что случилось до того, как я приехал? Я ни чего, ни кому не сделаю, если ты из-за этого беспокоишься. – Хмуро рассматриваю его. – Как твоё самочувствие? Где болит? – Смыв его кровь и грязь, ласкаю его голову, проводя по его носу, обводя скулы. Поднимаю его из ванны, закутывая в тёплое махровое полотенце. Иду с ним в комнату, и, усадив на кровать, начал вытирать его, высушивая его волосы. Рассматриваю его тело, иду за аптечкой, уложив её рядом с парнем, собираясь обрабатывать его раны.

[AVA]http://sd.uploads.ru/1KpkY.jpg[/AVA]

+1

28

Мальчишка выдыхает и закутывается в плед сильнее, не поднимая головы и не слушая, не следя за тем, кто вел машину по темным улочкам города.
Ему было это не интересно. Ему было совсем не важно, куда его привезут, да и что будет дальше - тоже. В данный момент Лису было все равно на все.
И этот пофигизм больше походил на апатию. Обычно Лис не страдал частой сменой настроения. Или, быть может, это было не заметно под частой игрой, где мальчишка, признаться, и сам потерялся, порою забываясь, где же настоящее, а где всего лишь ложь.
И теперь он безэмоционально смотрел на колени, даже, если разобраться, не думая о чем-то определенном. Замерев, крепко впившись пальцами в плед, он ощущал довольно сильную усталость. Ему хотелось, как порою бывало, просто исчезнуть, не чувствовать, не видеть.
Лис понимал, почему не отказался от наркотиков, почему вообще позволил себе такую слабость.
Ему хотелось забыться. Нет, он мог оправдываться, что ему скучно, что попробовать что-то новое - весело, хоть что-то разбавляющее скуку.
Но он так же где-то на грани сознания понимал, что это мастерский обман. Обман, в который хотелось верить, принять за чистую монету, но ведь любая ложь в конечном итоге раскрывается.
И теперь ему не больно хотелось участвовать во всем этом. И именно по этому всю дорогу он ехал не шевелясь, чуть подрагивая, с закрытыми глазами, откинувшись на спинку сидения.
Скорее всего, мальчишка даже не слышал разговора, более того, он не заметил, когда машина остановилась. Открыл глаза, отрешено глянув на Фенрира, он тогда, когда оказался у него на руках.
Без интереса скользнув по окружающей обстановке, Лис отметил, что не совсем понимает, где они. Да это его не особо взволновало, только, может, заставило сильнее сжать ткань, отворачивая голову, стараясь не встречаться взглядом с мужчиной.
Оказавшись же в знакомой комнате, Лис хмыкнул, покорно лежа на кровати, рассматривая без особого энтузиазма Котика. Затем же, откинув голову чуть назад, утыкая взгляд в потолок, он снова о чем-то задумался, не желая ничего говорить или делать.
Уверенность в том, что ему просто не дадут отдохнуть, немного погрызть себя, была непоколебима.
Да и подтвердилась, стоило Барсу начать его раздевать. Со стороны Лиса - полная покорность. Отводит голову еще, открывая шею, чуть вздрагивая при поцелуе, но больше не совершает никаких действий.
Лишь хмыкает вслед, когда его оставляют одного, чуть морщится и, вздрогнув, проводит по ребрам, усмехаясь. Отвращение к самому себе пришло довольно таки внезапно, заставив Лиса чуть оживиться внутренне, заставив думать, что было ему в этот момент делать нельзя.
Дергается, шипит, стоит снова его поднять, но нахмурившись, поджимает губы и ничего не говорит против, лишь напрягается, да недовольно смотрит на ванну.
Шумно выдыхает, жмурясь от теплой чуть обжигающей воды, вцепившись уже вместо пледа в чужую руку, чуть царапая. Лису не нравится. Он вздрагивает от каждого прикосновения, чуть поежившись, встряхивает головой, наконец открывая глаза и хмуро смотря на парня.
- Расскажешь, что с тобой происходит и что случилось до того, как я приехал? Я ничего, никому не сделаю, если ты из-за этого беспокоишься. Как твоё самочувствие? Где болит? – чуть морщится, отворачивая голову, да слегка встряхивает ею, чувствуя его прикосновения, но стоит ему коснуться носа, так мальчишка резко дергается назад, ударяясь об бортик ванны и шипя, затем затихая и поджимая губы, "прислушиваясь" к боли.
Снова оказавшись на кровати, терпеливо сносит очередное ущемление его способностей сделать что-то самостоятельно, прикрыв глаза и уставившись в пол, но заметив, что Кот отошел, он притянул к себе плед, закутавшись в него и отползая на другой край кровати, прижимая колени к груди и недоверчиво смотря на вновь пришедшего.
Ему не нравилась чужая забота, да и то, что его не могут оставить в покое, тоже играло большую роль в внезапно появившемся раздражении и недоверии.
Лису не хотелось, чтобы его пытались "лечить", что-то говорили, помогали или что-то из этого рода. Ему бы было легче, если бы его выбросили к черту, забив на его существование.
И поэтому, напряженно смотря в чужие глаза, он боролся с двумя желаниями: послать этого человека куда подальше и попытаться свалить отсюда или же прижаться к нему, сдаваясь. Пока же, он не решался выбрать что-то одно, просто сильнее закутываясь в плед и не отводя свой взгляд.
[NIC]Лис Кенер[/NIC]  [AVA]http://se.uploads.ru/t/DmxYk.jpg[/AVA]

+1

29

Его состояние мне всё больше и больше не нравиться. На самом деле я видел такое пару раз, когда отец доставал брата, тот всегда уходил и возвращался под наркотическим опьянением. Тогда это было страшно, сейчас же это вызывает лишь жгучее раздражение и горечь, от того, что передо мной сейчас Лис. Закрываю глаза, переваривая свои мысли и сильнее сжимая аптечку в руках, открывая замок, откидываю крышку. Аптечка чуть больше обычных, здесь есть всё, абсолютно всё. Я её завёл, когда брат припёрся с пулевым ранением, и пришлось подручными средствами вытаскивать дробинки из его плеча. Теперь же у меня есть все инструменты, и даже кровь с плазмой для переливания в нижнем отделении аптечки. Там как раз оборудован переносной холодильник, да и аптечку я храню в холодильнике...
Перевожу взгляд на лиса, который сжался, укутавшись в клетчатый плед, обнимая свои колени и смотря на меня волком. Краем глаза вижу, что он неотрывно смотрит за моими действиями. Достаю мази и бинты, поднимая тяжёлый взгляд на мальчишку. Тяжело вздыхаю, рассматривая его, кажется, будет сложнее, чем я ожидал, но что поделать. Я предполагал, что с мальчишкой с таким именем будут трудности, да и ещё его родственники. Не понимаю я его, весь такой взбалмошный, умный мальчишка, который не хочет находиться в высшем обществе.
- Возможно, мне надо было начать с фразы: «Лис, давно не виделись» или «Какая встреча, Лис». – Мой голос всё ещё холоден, хотя мне хочется прижать мальчишку к себе и не отпускать его ни за что в жизни. Ни когда не любил это чувство, когда не представляешь что надо делать, потому что каждый раз выкидываешь людей из зоны общения, а с этим мальчишкой так не получается. Сколько мы уже не виделись с ним? С того памятного вечера? Да, кажется именно тогда, хотя.… За ним ведь следили и выведывали, где он пропадает, что с ним происходит, пока не наткнулись на его сестру, она тоже искала, меня. Я даже подкинул ей информацию…. Хорошая была игра, а теперь я имею последствия того, что отпустил охрану и перестал следить за мальчишкой.
- Надо обработать твои раны, иначе потом будет только хуже. – Хмуро рассматриваю его, подходя к нему и садясь рядом, смотря ему в глаза. – Но, конечно же, ты можешь не обрабатывать раны, посмотреть, как они начнут гнить и что из этого выйдет. – В голосе появляется сарказм. Только с ним я вообще допускаю эмоции в голосе, да и во взгляде. Брат даже подметил, что я очень подозрительно смотрю на мальчишку. Вздохнув, притягиваю его к себе, освобождая от пледа. Ни когда не любил размусоливать всё, мне всегда было легче сначала сделать сложную вещь, а потом уже более сложную. Вот и сейчас, стягиваю с него плед, легко убивая всё его сопротивление и взяв мазь, начинаю обрабатывать его раны, крепко держа его руки одной рукой. Стараясь не допустить, чтобы он вырвался или вывернул себе руки, или что-нибудь сломал. Неудобно, но возможно. Обработав раны у рёбер, размазываю мазь тонким слоем по большим кровоподтёкам и, отпустив его руки, беру чистый бинт, начиная их туго перематывать, сжимая их, смотря в его глаза.
Он такой хрупкий, что, кажется, любое моё действие может его сломать. Перемотав его рёбра, завязываю тугой узел и, решив, что другие раны могут подождать, хотя…. Осматриваю ссадины и синяки и обращаю внимание на его лицо. Завтра будет что-то и явно будет поздно что-то делать. Беру другую мазь, всё ещё держа мальчишку, закутываю его в плед, прижимая к себе и открыв мазь, лёгкими движениями втираю в его переносицу, едва касаясь его кожи пальцами. Откидываю мазь и смотрю ему в глаза. Остальное явно подождёт до лучших времён или сам обработает их, не такие уж и страшные раны.
- Возможно, я не самый лучший человек на земле, да и скорее всего я вообще не хороший человек. Возможно, я даже не отличаюсь от копа, с которым я разговаривал в участке. Да мой способ оказания помощи, скорее всего не тактичен, и возможно тебя стоило успокоить и говорить всякие ути-пуси, или что там люди говорят в таких случаях? Но я этого не умею, да и не мой это способ. – В голосе проскальзывают агрессивные нотки, и я прижимаю его к себе сильнее. – Мне намного легче применить силу и уже, потом решать проблемы, по мере их поступления. – Тихо фыркаю, смотря на мальчишку, устраиваюсь удобнее, перетягивая его к себе на колени, чтобы было удобнее сидеть с ним.
- Вот скажи, зачем нужно было колоться? – Тихо вздыхаю, смотря в потолок. – Не понимаю, чего ты пытался этим добиться? Расслабиться, уйти от проблем? – В голосе проскальзывает недовольство и явное непонимание. – Или ты пытался забыться? – Ни когда не понимал таких людей, которые используют наркотики. Эффект же временный, да и некоторые наркотики не приносят ни чего хорошего. Лишь интоксикация и только. Головная боль, тошнота, мимолётный бред и забвение, которые длятся минуту, может пять, и всё, снова накрывает реальность, только удвоенная, со всеми проблемами и организмом, требующим ещё дозы. Смотрю на него и, приподняв его лицо за подбородок, легко его целую, смотря в его глаза.
- Я скучал без тебя. – Голос тихий, практически шёпот. Я ни когда не говорил, ни кому об этом, да и не считаю до сих пор, что стоит говорить об этом. Все мои действия и так говорят об этом, но мальчишке хочется сказать, словно это более важная вещь. С ним я всё время говорю, другие же наоборот вызывают лишь раздражение и презрение. Тихо фыркаю, прижимая его плотнее к себе, слушая его дыхание.
[AVA]http://s8.uploads.ru/4pnaP.jpg[/AVA]

+1

30

Мальчишка внимательно следит за чужими действиями. Чуть вздрагивает от щелчка, настораживаясь еще больше, поджимает губы, нет, ему совершенно не нравилась данная ситуация, будь он сейчас один, было бы намного лучше. А так... Нет, Лис хотел исчезнуть, деться от этого взора, отодвигается дальше, сильнее сжимая ткань.
Прошлое больно резануло. Снова оно кусало, возвращая в его личный кошмар. Нет, он определенно хотел пережить это состояние в одиночку. Ему было привычнее, комфортнее.
И если обычно он вел себя насмешливо-игриво, то теперь, когда перекрыть свой страх не в силах, он показывал свою настоящую натуру. Замученную, усталую и напуганную. Да, Лис был мальчишкой, все еще ребенком, но недоверчивым и озлобленным ребенком, который обычно скрывал это за улыбкой. Как бы не звучало это заезженно.
И больше всего Лис ненавидел, когда его видели таким. Озлобленным, усталым и жалким. Жалкий... Нет, таким быть он не любил. Пусть глупым, пусть отвратительным, да хоть каким! Но... Черт возьми, сейчас он хотел меньше всего видеть кого-то.
И это чужое присутствие не давало просто так расслабиться, отдав себя на милость усталости, просто пересилить себя и устало растянуться здесь, рядом с ним было слишком тяжело.
- Возможно, мне надо было начать с фразы: «Лис, давно не виделись» или «Какая встреча, Лис». – дрожь становится сильнее, а сам он сжимается еще больше, отводя взгляд, задумываясь.
И вправду, сколько они уже не виделись? Месяц? Два? Три? А может, уже пол года? Сглатывает, жмурясь, отвлекаясь от мужчины. Да-а, когда-то он не думал ни о чем особо. От этого больнее. Лучше бы это продолжалось дольше. Намного дольше.
- Надо обработать твои раны, иначе потом будет только хуже. – давит в себе желание дернуться от него, как от огня, свалившись на пол и забившись в угол. Или лучше... Хотя, Лис о своих способностях высокого мнения не был, поэтому с усмешкой отметил, что после нескольких бессонных ночей, наркоты и голодовки вряд ли сможет что-то сделать. Что-то, что не вяжется с чужим мнением. Как и всегда, верно? – Но, конечно же, ты можешь не обрабатывать раны, посмотреть, как они начнут гнить и что из этого выйдет. – злобно отвечает на взгляд, отодвигаясь немного в сторону. Он не мог понять одного, почему его не могут оставить в покое. Просто взять и оставить одного, дать передохнуть и собраться с духом, чтобы и дальше обманывать самого себя. да и окружающих тоже.
- А почему нет? Готов поспорить, прекрасное зрелище. - шипит сквозь зубы. Голос непривычный, тихий, глухой, слегка хриплый. Обычная веселость ушла. И взгляд изменился. Впрочем, и сам он не слишком был похож на себя.
Дергается, чувствуя чужие прикосновения, пытается вырваться, а в плед впился так сильно, что выдрать его из рук составило огромную трудность.
- Пусти! Не хочу! - все еще бьется в попытках вырваться, дрожа. Вот только состояние не то, чтобы оказать должное сопротивление. - Да перестань ты, черт возьми! - рычит, пытаясь вырвать руки из захвата, но быстро устает, затихая.
Закрывает глаза, подчиняясь, но напряженно реагируя на каждое прикосновение. Дыхание сбилось, дрожь усилилась. Лис просто смирился, поняв, что его не отпустят. Просто плюнув на его мнение и сделав так, как хотят. В принципе, он понимал, что не прав, но раздражение никуда не уходило, да и не нравилась чужая "забота". Побои не нравятся - нужно было оставить там, в допросной. И плевать. Сестра бы забрала, если бы он соизволил наконец вспомнить ее номер. Хотя, нет, сестра бы была еще хуже. Сам бы смог добраться до своей квартиры? Вряд ли, но попытаться стоило...
Замирает, чувствуя, что запястья наконец отпустили. Но не шевелится, притворяясь мертвой тушкой. Морщится, открывая глаза и замечая бинты. Внутренне давит в себе желание вновь оказать сопротивление.
Делает недовольное лицо, но не сопротивляется, выдыхая и задерживая дыхание, позволяя нормально перебинтовать грудную клетку. Ребра пока единственное, что его беспокоило из своих "ранений". Сдавленно фыркает, чуть приходя в себя, но все еще злобно косясь на Кота.
- Закончил? - холодно выдыхает, поджимая губы, стараясь скинуть чужие руки, и наконец получить хоть небольшой покой. Первая вспышка агрессии чуть поутихла, переходя в скрытую. Чуть отводит голову, отмечая намерения Кота, хмурится, сжимая зубы, сдерживаясь, чтобы не сказать пару ласковых в ответ. А почувствовав прикосновения, устало закрывает глаза.
Вытерпев, отвечает на его взгляд, смотря не менее раздраженно.
- Возможно, я не самый лучший человек на земле, да и скорее всего я вообще не хороший человек. Возможно, я даже не отличаюсь от копа, с которым я разговаривал в участке. Да мой способ оказания помощи, скорее всего не тактичен, и возможно тебя стоило успокоить и говорить всякие ути-пуси, или что там люди говорят в таких случаях? Но я этого не умею, да и не мой это способ. – морщится, пытаясь выбраться из чужих рук. Сам же упирается руками в его грудь, пихая, пытаясь отстраниться. – Мне намного легче применить силу и уже, потом решать проблемы, по мере их поступления.
- Какие к черту проблемы? - вновь шипит, но уже устало, понимая, что зря тратит силы. Усмехается, отмечая, что бесполезен во всех проявлениях: как в моральных, так и физических. Подается, давая усадить себя на колени.
Лис понимает одну вещь. Он чертовски устал. Просто устал и хочет отдохнуть, а ему мешают. Да и сам он себе мешает. Вновь поморщившись, позволяет себе поникнуть, расслабляясь. Плюнув на все, пусть с ним делают все, что хотят, он не против, сил быть против уже просто не осталось.
- Вот скажи, зачем нужно было колоться? – вновь напрягается, сглатывая, поднимая злой взгляд. И прекрасно осознавая, что злиться он не на него, а на себя. – Не понимаю, чего ты пытался этим добиться? Расслабиться, уйти от проблем? Или ты пытался забыться? – Слишком устал. - отмечает про себя он, ничего не отвечая, просто утыкаясь в чужое плечо. Устал... Глаза закрываются, а он подается, позволяя себе вновь расслабиться, перестав сопротивляться самому себе.
И тяжело вздыхает, чувствуя вновь, что его потревожили, заставили вернуться на землю, в сознание. А ему так хотелось забыться. Хотя бы сейчас. Сдавленно стонет, открывая глаза и устало с отчаянием отвечая на чужой взгляд. Не отвечает на поцелуй, наоборот, хочет отвернуться, отстраниться.
- Я скучал без тебя. – замирает, чувствуя легкую дрожь в своем собственном теле. Горько усмехается.
Он хочет ответить, даже рот приоткрывает, злобно глянув на него, но устало выдохнув, утыкается в чужое плечо. Раздражение ушло, осталась лишь усталость.
Закрыв глаза, мальчишка хотел бы исправить ситуацию. Ему не нравилось, как он себя вел только что, но и что-то не позволяло сейчас прижиматься к Коту, тихо мурлыча извинения.
- Отпусти уже... - тихо, неуверенно выдыхает, прижимаясь, а затем проводит по его плечам руками, медленно переводя их на шею, обнимая. - Или давай хотя бы ляжем. Я устал - еще тише произнес мальчишка, сильнее прижимаясь к Коту.  - И дай мне рубашку... или майку. - поежившись - холодно.
Чуть медлит, проводя по спине мужчины, аккуратно гладя.
- Я все расскажу потом. Дай мне немного передохнуть - насмешливо фыркает, потеревшись щекой о плечо Кота - Я тоже... - запинается, чуть затаив дыхание, продолжает на выдохе, еле слышно - скучал...
[NIC]Лис Кенер[/NIC] [STA]- Я люблю тебя... - сладкая ложь. [/STA] [AVA]http://se.uploads.ru/t/DmxYk.jpg[/AVA]

+1


Вы здесь » Naar. Dance on the verge » Отыгранные фб и альты » "- Кто твой дилер?! - аха, держи!" [рейтинг +18]


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC