Naar. Dance on the verge

Объявление

Навигация. Введение. Правила. Сюжет Летопись Обитатели мира сего (волки, люди, духи, тени) Особенности волков Наар Списки Акции О полуострове [флора, фауна, законы, обычаи] О материке [флора, фауна, техника, религия, культура] Шаблоны анкет FAQ (мат.часть) Магазин [артефакты, игровая валюта, плюшки] Награды
Рейтинг форумов Forum-top.ru photoshop: Renaissance

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Naar. Dance on the verge » Небылицы » Белая стрела;


Белая стрела;

Сообщений 1 страница 12 из 12

1

белая стрелаили черная пуля - итог один

ДАТА И ВРЕМЯ: июль, разгар лета. Днем стоит жара под 25+, вечером под холодок высыпает множество звезд. Облаками с дождем и близко не пахнет.

МЕСТО: деревня в глубинке. Штук двадцать-двадцать пять дворов, маленький храм и разруха, как-то держащаяся на среднем уровне за счет сельского хозяйства.

УЧАСТНИКИ
Соул
Вальтер


https://pp.userapi.com/c848416/v848416774/26ed6/iyun_OG-DRw.jpg


ОПИСАНИЕ
От людей, которые действительно хотят кого-то найти, не спрятаться даже в самой дикой глуши. Даже если этот кто-то действительно хочет, чтобы его не нашли никогда. В ход идут все доступные средства и рычаги, тратится огромное количество времени и прочих ресурсов...
Но найти, как оказывается - еще полдела. Как насчет того, чтобы убедить сотрудничать?

0

2

С гривой возни было больше всего.
Я аккуратно стесал еще одну щепку. Критически наклонил голову, изучая результат, и снова взялся за стамеску. Здесь нужно взять глубже, чтобы была четко видна прядь, разобранная на отдельные волоски - так же четко, как и раздутые ноздри и поставленные торчком уши...
Когда-то я и подумать не мог, что всерьез займусь резьбой по дереву. А оно вон как, видишь. И люди говорят, неплохо получается. Тот же отец Алексей, для которого я сейчас и вырезал коня. Второй такой же, с раскинутыми крыльями и поднятыми в позе "на дыбы" копытами, лежал рядом, служа ориентиром для работы.
На воротные столбы в самый раз будут. Обработать еще пропиткой, чтобы не боялись дурной погоды, выкрасить...
Тунгус, сонно растянувшийся у моих ног, внезапно напрягся и заворчал.
- Чего такое? - я отложил инструмент и успокаивающе похлопал пса по гладкой рыжей холке. Но кобель успокоиться и не подумал, продолжая щериться и неотрывно смотря куда-то в сторону калитки.
Что на его собачьем языке могло означать только одно.
Чужой. Совсем чужой.
Может, кто-то просто прошел мимо, а мой хвостатый приятель всполошился?
Но нет - уверенный стук в ворота. Тунгус, как всегда, оказался прав.
Я встал с крыльца, бережно отложив недоделанного коня в сторону, к товарищу. Поднял с травы цепь и защелкнул карабин на ошейнике. Остроухая и всегда улыбающаяся морда Тунгуса могла обмануть любого - пес был милым с людьми только до тех пор, пока они не переступали границ его территории. Без моего разрешения, правда говоря, но рисковать все равно не стоило. Сунется еще человек, не подумавши, потом извиняйся перед ним за порванные джинсы или, не приведи Господь, погрызенную руку...
Кто же ко мне пришел, хотелось бы знать. И по делу или просто, полюбопытствовать, кто изукрасил резьбой калитку, воротные столбы-створки, ставни... на это я действительно не пожалел ни времени, ни рук. Будь моя воля, и сами бревна превратил б в ажурную узорчатую вязь, но со старым, едва живым деревом работать нет никакого смысла. Если только сносить мою скромную избушку и ставить новую. А на это у меня нет ни денег, ни сил. Молодой и то в одиночку дом вряд ли поставит, а уж сорокалетний, как я...
- Тунгус, на место, - скомандовал я, подойдя к калитке. Дверца была высокая, так что увидеть, что за ней творится, я мог, лишь выглянув в щель. Да и то не особо хорошо, проще сразу открыть. К тому же, не любят местные через дверь говорить, невежливо это. - Ну же.
Кобель недовольно заворчал, но под моим взглядом все же убрался в свою будку - новую, еще пахнущую деревом, с коньком в виде оскаленной песьей морды на крыше. С месяц назад я решил, что ему пора обзавестись собственным жильем, а не дрыхнуть под крыльцом или на веранде, как беспризорнику. Теперь было смешно - пес живет даже лучше меня.
Впрочем, я не жаловался.
Я все-таки на мгновение выглянул в зазор между петлями и створкой, убедился, что стоящего со стороны улицы человека я не знаю, и лязгнул запором. Одним-единственным и не особо прочным. Красть у меня нечего, да и народец здесь мирный. Есть, конечно, пара ребят, которые шалят периодически... но не серьезно и не со зла. Алкоголь ведь тоже болезнь, а на больных, как известно, не обижаются.
Краем глаза взглянул на все же высунувшего морду и передние лапы наружу кобеля, вздохнул - бесполезно, он вроде и слушается, а хоть ты хны, что-то да по-своему сделает, распахнул калитку. Смазанные петли поддались мягко, без шума. С одной стороны, обычная забота о своем имуществе... с другой - привычка к тишине, оставшейся с прошлой жизни.
Хотя, не было у меня никакой прошлой жизни.
Здесь живет только Андрей Петрович Легков. И его пес. Больше никого. А об Александре Львовиче Туманове по прозвищу Хорек здесь и вовсе никогда не слышали.
Посторонние люди последние лет пять меня напрягали. Я не мог быть уверен, что это не по мою душу. Что я не оставил следов, позволяющих выяснить, что я жив, а не закопан в виде обезображенного огнем трупа.
И все, что мог сделать здесь - молиться, чтобы прошлое, от которого я бежал, все-таки меня не догнало.
- День добрый, - я приложил руку "козырьком" ко лбу, защищаясь от солнца. Невысокий, темноволосый, загорелый. Добавить легкую щетину, потрепанную одежду, покрытые застарелыми мозолями руки  - получается обычный деревенский мужик. Точно такой же, какие живут в дворах по соседству. Я уверен в надежности этой маскировки, которая меня не подводила и, надеюсь, еще долго не подведет. - Надо чего?

+4

3

Янга легко поворачивала руль одной рукой, зорко оглядываясь по сторонам. На лице ее все шире расползалась недоверчивая презрительная ухмылка. Для того, чтобы найти его пришлось неплохо потрясти связями и архивами, загонять парочку человек, милых юношей, едва поступивших к ней на службу. Одного до нервного срыва - Хоггарт казалось, что он работал недостаточно эффективно, второго - до перелома лодыжки. Бедняга подскользнулся на лестнице, вины Янги в этом не было никакой. В общем-то на это ушло не так много времени, куда больше усилий, зато теперь она хорошо знала, к кому едет.

"И он выбрал это? Его мог принять любой крупный город, любая страна, никто и никогда не нашел бы его, но он выбрал захудалое село? Жизнь в окружении коров и куриц? Соседей-пьяниц? Неужели ему так необходимо было лечь на дно?"

Она скривилась еще больше. Радовало только одно - ее верный внедорожник, вечно имеющий кучу проблем с маневренностью и парковкой в условиях забитого под завязку машинами города сейчас с легкостью преодолевал деревенское бездорожье, лишь  изредка мягко потряхивая хозяйку. Нет, пару раз все-таки Янга клацнула зубами: при въезде на мост через реку и съезжая с него. Но, это, право, была такая ерунда, по сравнению с тем, как повела бы себя обычная машина.

Верный человечек шепнул, что бывший киллер не просто ушел на покой, но и посвятил себя творчеству. Еще он сказал, что дом  отставного убийцы Янга узнает сразу. Сказал и хихикнул. И, хоть Хоггарт никогда не любила решать загадки, даже ей не удалось больше вытянуть из информатора ни слова. Что же, Янга еще разберется с ним. А пока... Дом действительно был заметен издалека. Такая резная калитка была только у него, остальные избушки смотрелись жалко. Ну, разве, что церквушка еще была ничего, но религая, такая субстанция... Всегда найдет себе субсидии. Не в виде денег, так в виде бесплатных рук, которые будут готовы облизывать церковь в ущерб своему хозяйству.

Из окон выглядывали люди, но на улицу никто не осмелился выйти. Возможно, они коротали вечера за бандитскими сериалами и чутьем понимали, что когда в такую глушь въезжает такая машина лучше не высовываться. Янга вздохнула. Конспирация ни к черту, конечно, а впрочем, она найдет как выкрутиться. Кроме того, не факт, что у тех, кто будет искать заказчика и исполнителя такие связи, как у нее. Хотя, может быть очень и очень близко.

И еще очень хочется верить, что ее коня не разуют за время вынужденного отсутствия.

Женщина остановила машину чуть поодаль от дома того, кого искала. Щелкнула сигнализацией и, аккуратно переступая ногами в туфлях на высокой шпильке, направилась к калитке. Солнце палило вовсю, и Янга с тоской подумала о том, что зря надела строгие черные брюки и накинула пиджак на белоснежную блузку. В машине с кондиционером-то жара не чувствовалась совсем, зато здесь солнце с какой-то удвоенной ненавистью впивалось в шею, спину, руки, заставляя обливаться потом. Поджав губы, Хоггарт все же соизволила скинуть пиджак себе на руку. Сильно это не помогло. Однако, уподобляться в своем наряде деревенским... Она презрительно фыркнула и, достигнув калитки, решительно постучала три раза.

Калитка не скрипнула. Еще бы. Это же произведение искусства, уж неужели хозяин забыл бы смазать петли.
Выглядел кстати, мужчина совсем не опасным, этакий мужичок-простачок, обычный рубаха-парень. Если бы Янга не знала, чем он занимался большую часть жизни, подумала бы, что ошиблась домом. Но она ошибалась крайне редко, а архивы - и вовсе никогда.

- День добрый, - не видно взгляда под вскинутой для защиты от солнца рукой. Глаза мужчины в тени, но Янга понимала: увидь сейчас она его глаза, все сомнения рассеются. Взгляд: острый, наметанный - нельзя скрыть или подделать, он всегда выдаст своего владельца, - Надо чего?

- Добрый, - не дождавшись приглашения, Янга обогнула хозяина. Аккуратно, едва втиснувшись в щель между ним и забором, и однако, не задев ни мужчины, ни дерева даже краешком одежды. Окинула двор с почти оконченными скульптурами. Хм, а ведь неплохо, неплохо... И так же коротко ответила, - надо.

Взгляд остановился на собаке, наполовину высунувшейся из будки, скользнул по цепи. Губы снова презрительно поджались. Надо же, прямо идилия. Собачка, тесачок, стамесочка, домик, будка. Не хватает только домашней скотины. Хотя, ее резать надо, а этот господин видимо решил отойти от всякого убийства. Жаль было прерывать его размеренную спокойную жизнь, но, к сожалению, другого выхода у Янги не было.

Одним выверенным движением смахнув стружку с крыльца, Янга села и подняла взгляд на мужчину.

- Нам надо поговорить, - холодно сказала она, - так уж получилось, что я знаю вас, а вы меня нет. Но, этикет требует, чтобы вы сами представились. Меня же зовут Янга Хоггарт, и у меня есть к вам предложение, от которого вы будете долго отказываться, но в конце концов согласитесь. Милые игрушки, - заметила она, кивая на недоделанных лошадок.

+2

4

Женщина мне не слишком нравилась.
Типаж... если не убийцы, то безжалостной акулы. Способной положить все и всея ради достижения поставленной ею цели. Высокая, худощавая, черноволосая... подчиненных своих сто процентов держит железной хваткой за самое горлышко. Что подчиненные у нее есть, и много, сомневаться не приходилось - одета так, словно бы приехала прямо из офиса. Строгий, деловой стиль. Городской.
Уже одно это наводило на нехорошие мысли. А при взгляде на огромный внедорожник, словно выехавший из кадра типичного бандитского фильма, и вовсе становилось худо.
Господи... пронеси, а?
Впрочем, что-то внутри уже подсказывало: не пронесет.
- Добрый, - эвон какая бесцеремонность, ужом протиснулась между мной и забором, хотя внутрь ее звать никто и не думал... - надо.
Я пожал плечами и отступил, снова запирая калитку и цыкая на было начавшего снова ворчать Тунгуса. А что тут сделаешь. Не выгонять же гостью. Невежливо как минимум.
Прошел следом и остановился у крыльца, следя, как она усаживается. Совершенно осознанно скрестил руки на груди. Жест одновременно и закрытый, и деловой. Что-то подсказывало, что в людях незнакомка разбирается прекрасно, и возможности "читать" себя давать ей не стоит.
Я ждал, что она заговорит первой, и она заговорила.
- Нам надо поговорить, так уж получилось, что я знаю вас, а вы меня нет. Но, этикет требует, чтобы вы сами представились. Меня же зовут Янга Хоггарт, и у меня есть к вам предложение, от которого вы будете долго отказываться, но в конце концов согласитесь.
Знала бы она, сколько за мою жизнь ко мне приходило народу с такими "безотказными" предложениями. И скольким из них я отказал. Не имел привычки стрелять во все, что движется - сколько бы денег за это не предлагали. Жрать их не будешь. Смешно, но понимал я это только сейчас... после стольких лет.
И стольких событий.
- Милые игрушки.
Пожатие плечами. Я принял комплимент, пусть и небрежный, к сведению. Не более.
- Это что, так. Баловство одно.
Действительно. Работа эта была в удовольствие, особых усилий даже затрачивать не приходилось. По большому счету. Вот если что посложнее, с кучей узоров и завитушек...
Я выдернул топор из рубочной колоды, вогнал его в ближайший чурбак и уселся на освободившееся место. Шагах в десяти-пятнадцати от крыльца.
Топорик, к слову, вогнал неглубоко. Сделав это совершенно ненавязчиво, "случайно". Вряд ли я, конечно, буду им размахивать... но так спокойнее.
- Уж если вы так хотите, чтоб я представился... Легков я, - пока была хоть какая-то, пусть самая дохлая надежда, что эта самая Янга явилась сюда не по следам моих старых дел, я был намерен за нее цепляться. Прочувствовать, так сказать, есть ли дно под моими ногами. - Андрей Петрович.
Держаться привычной роли было несложно. Благо за последние годы я вжился в нее ох как хорошо. Даже разговаривать, кажется, с местным акцентом начал. Или, правильнее - говором. Более медленным, с едва ощутимым нажимом на гласную "о"...
- Вам, полагаю, что-то вроде этого нужно? - я тоже кинул взгляд на крылатых коней. - Сделаем, не вопрос. По цене тоже сойдемся, я дорого не беру.
Обычный деревенский мужичок, чуть удивленный тем, что к нему наведались аж с города. И не имеющий никакого желания ловить удачу за хвост и разводить гостью на солидные деньги, прикрываясь модным нынче термином "хэнд-мэйд".
Не наемный убийца. Не капитан, с позором уволенный из силовых структур и вынужденный зарабатывать на жизнь себе и семье тем, что умел делать лучше всего.
То есть, стрелять.
Я о многом жалел. Но больше всего - о том, что не попробовал взять в руки чурбак и стамеску тогда. Глядишь, и жизнь повернулась бы совершенно по-другому. Иначе. И не было бы ничего из того, что до сих пор частенько является во снах. Немым укором и вечным напоминанием.
Так что - нет. Что бы ты не предложила, Янга, и сколько бы ты не предложила.
Если тебе нужно что-то, вырезанное из дерева моими руками - сделаю. И сделаю на совесть.
Но к винтовке я больше не притронусь.
Хватит.

+3

5

Янга машинально отметила, что хозяин не слишком-то препятствовал ее проходу во двор. Ну, то есть не приглашал, и не посторонился конечно, но и загораживать собой вход не стал. Уже хорошо. Только вот почему? Растерялся? Нет. Такие не теряются, у Хоггарт было достаточно времени изучить его личное дело и все, что хоть как-то было с ним связано. Скорее, не хочет лишних глаз либо решил до конца играть роль дружелюбного деревенского мастера. Либо и то, и другое. Ну, да, а дружелюбного деревенского мастера, конечно же удивил визит городской, да и только. Может, она у него игрушку заказать захотела. Кстати, алиби неплохое. В искусстве Янга разбиралась как черт в райских яблоках, но ради прикрытия, почему бы и нет. Если он хочет играть роль мужичка-рукодельника, то она сыграет роль взбалмошной городской клиентки. Но только сильно попозже. После того, как они сойдутся в том, что нужно Янге.

- Это что, так. Баловство одно.

Хоггарт проследила взглядом за мужчиной и пренебрежительно фыркнула, когда тот показал клыки, помахав топором. Как будто невзначай огладила себя по бедру, приподняв край блузы, показывая, что там выдается бугорок, ему, наемному убийце, явно знакомый. Стрелять Янга умела, и делала это неплохо. С такого расстояния в глыбу с топором точно попасть сможет, пока он добежит. И Хоггарт показалось, что хозяину дома было бы уместно иметь это в виду.

Она шла к зверю. Коварному, опасному, недаром прозванному Хорьком. И подготовилась соответствующим образом.

После чего, Хоггарт тонко улыбнулась одними губами. Как же она ненавидела все эти реверансы. С самого детства у нее никогда не получалось казаться милой и она постаралась сделать все, чтобы от ее улыбки зависело как можно меньше. Ей это удалось. Она оказалась рядом с деньгами и властью, почти на вершине, и все-таки чуть-чуть не дотянулась. Дотянуться должен был помочь вот этот угрюмый резчик по дереву, и она знала, как можно его убедить.

- Уж если вы так хотите, чтоб я представился... Легков я, - Янга поморщилась. Такая ложь. Документ, кстати, был исправен, даже не на мертвяке висел, а на давным-давно пропавшем, но все-таки живом гражданине. Наверное, и у "Легкова" были связи, которые смогли сделать ему такой паспорт. Но связи - они не только связи, они еще и хвосты. Дернешь за веревочку и размотается клубочек имен, лиц, явок, паролей, взяток и мелких преступлений должностных лиц. Дергать веревочки Янга не умела, но у нее были люди, которые занимались этим с удовольствием и изрядным мастерством. Вообще, у нее было много людей, готовых выполнить то, с чем сама Хоггарт не могла справиться самостоятельно. "Легкову" предстояло стать одним из них, - Андрей Петрович.

Янга спокойно и молча выслушала его предложение по заказу деревянных игрушек. Он как будто прочем ее мысли, и она удовлетворенно кивнула, не мужчине, а скорее самой себе. Но говорила по-прежнему холодно, не сводя с хозяина дома колючего взгляда черных глаз.

- Приятно познакомиться, Андрей Петрович. И теперь, когда стадия знакомства, демонстрации силы и легких комплиментов пройдена, мне хотелось бы перейти непосредственно к делу. Дело я, кстати, ваше, запомнила наизусть, мне даже не придется заглянуть сюда, - Янга достала из кармана телефон, - и, тем не менее, мы сюда посмотрим вместе, чуть позже. Пока я хочу спросить, известно ли вам о некоем Александре Львовиче Туманове, по прозвищу Хорек?

Она буквально впилась взглядом в лицо мужчины, хищно, как волк, желающий почуять слабину в скорой жертве. Однако ее выдавал в этом лишь взгляд. На лице оставалось выражение расслабленного спокойствия, и даже некоего дружелюбия, если взять в расчет чуть приподнятые уголки губ.

- У него была такая сложная судьба... - вкрадчиво говорила Янга, - когда-то он летал если не высоко, то довольно быстро, но однажды застал свое начальство за чем-то отвратительным. Честь не позволила ему промолчать, он сражался, как лев, но проиграл, и даже чуть не угодил за решетку. С тех пор его характеристика была испорчена навсегда. Его не брали даже охранником на захудалый складишко. А времена были темные, тяжелые. И тогда Александр Львович решил: если не удалось восстановить справедливость на рабочем месте, пусть это станет его хобби. К тому же приносящим неплохие деньги.

Хотелось курить, но расслабляться было нельзя. Пока она полезет за зажигалкой, пока за сигаретами, в ее черепушке может крепко засесть топор. Хорек-то завязал, конечно, но сейчас, загнанный в угол, мог и вспомнить прошлое. И, Янга не сомневалась, что труп ее он спрячет профессионально. Ну, собаке часть скормит, например, остальное в лесу на четырех перекрестках разложит. Оставалось только продолжать пересохшими губами. Солнце вроде опускалось за горизонт, но палить от этого меньше не стало.

- Долго ли, коротко... Александр Львович задумался, а имеет ли он право покуситься на такую почетную роль, как восстановитель мировой справедливости? А может и засветился где-то. И решил лечь на дно, - Янга побарабанила пальцами по коленке, - но это только один герой нашей повести. А что же второй? Тот, который подрезал Хорьку крылья? - Хоггарт составило большого труда не поморщиться  от неуместности своих метафор. Нужно было сохранить лицо, - а он, узнав что кто-то стал очень красиво отстреливать высокопоставленных мерзавцев, поспешил скрыться за границей. Но, время шло, киллер исчез, и он, так и не сумев обзавестись нужными связями там, решил вернуться, ведь жизнь простого американского фермера его не прельщала. Здесь он быстро пошел в гору, уже в своем бизнесе, и решил заняться благотворительностью. А теперь, Александр Львович, я бы хотела, чтобы вы присели рядом со мной - топор оставьте, пожалуйста в чурке, он там гармоничнее смотрится, и кое-что посмотрели...

Янга сняла блокировку с экрана и, кивнув мужчине, чуть подвинулась, освобождая место рядом с собой. Видео уже давно было наготове, оставалось только включить проигрывание.

+3

6

Слушал я ее с откровенно каменным лицом.
Значит, так. Что же.
Играть в кошки-мышки мы могли б еще долго, но смысл? Затягивать дело я не желал. Вообще не хотел тратить времени хоть на минуту больше, чем потребуется для того, чтобы она изложила суть своего вопроса, получила мое твердое "нет" (в том числе и на попытки уговоров) и отогнала свой внедорожник на пятьдесят-сто километров от моих ворот.
Женщина говорила долго. С какими-то мягкими, вкрадчиво-кошачьими интонациями, словно бы маскирующимися под голос прошлого и воспоминаний. Который чем дальше, тем больше хотелось заткнуть.
Вы много обо мне знаете, Янга, - пробившаяся на губы кривая усмешка, когда она начала излагать предполагаемые причины моего ухода на дно и в отставку, - но вряд ли знаете главное.
Я просто устал. Потому что сколько бы ни отстреливал разную мразь - меньше ее не становилось. Напротив. На место одного ублюдка приходил другой, порой еще более худший. Разорвать эту цепочку получалось лишь в редких случаях. Которые я, если поднапрячь память, мог спокойно пересчитать по пальцам.
И чем чаще я брался за дело, тем больше утекало информации и обо мне самом, и о тех людях, что были мне дороги.
Что в итоге и сыграло свою роль.
- А теперь, Александр Львович, я бы хотела, чтобы вы присели рядом со мной - топор оставьте, пожалуйста в чурке, он там гармоничнее смотрится, и кое-что посмотрели...
За кого меня держат. Я профессионал, уж это-то она, раз явилась, должна была знать. Был им, по крайней мере...
Так вот, в, с позволения сказать, профессии, киллера главное не просто хлопнуть "объект" - с этим и гопота в подворотне справится. А не оставить при этом никаких следов, позволяющих выяснить а) кто это сделал и б) по чьей подкрепленной денежными знаками просьбе.
А в конкретно взятом случае... как я это проверну? Вон, соседская бабка, бродя по двору, уже нет-нет да и косится через забор. Уже свидетель. Не говоря уже о гордо замершем едва ли не посреди улицы внедорожнике. Его тоже по частям в лесу закапывать?
Хотя, оставь его на ночь-две в нашем захолустье без присмотра - и следов от протекторов шин не останется.
Но это так, рассуждения. Старые привычки, что ни говори, забываются редко. К моему глубочайшему сожалению
- Давайте в дом, - я прошел мимо нее, поднявшись по чуть скрипнувшим ступенькам. -  Нечего орать на всю улицу.
Пусть и я вряд ли задержусь здесь надолго. Уедет она - явятся другие. Не менее настойчивые. Значит, снова уходить, снова менять место, личность... снова на дно, с надеждой, что хоть на этот-то раз оставят в покое.
Может, просто появиться в больничке какого-нибудь из крупных городов, с амнезией? Кто такой, сколько лет, откуда - не помню, и все. Благо разыграть это как два пальца об асфальт.
С моим-то опытом.
В принципе, хорошая идея... и, наверное, единственная, которую я смогу реализовать спокойно. Ради новых документов придется поднимать старые связи. Которые, как оказалось, могут быть ненадежными от слова совсем.
Я не стал оборачиваться, проверяя, идет ли за мной эта Янга. Знал, что идет. Куда денется. Потраченный бензин надо же хоть как-то компенсировать.
Внутри у меня было, конечно, не ахти, но и не свинарник. Порядок я поддерживал, хотя от легкого и ощутимого, только если принюхаться, запаха плесени избавиться так и не смог. Хотя что только не перепробовал. Видимо, он просто уже въелся в дерево намертво.
Прошел на небольшую кухню и уселся за стол. С левой стороны от окна, перекинув занавеску через открытую створку. Янге остался стул напротив.
Пусть попробует поиграться со своим пистолетом, когда ее правая рука почти упирается в стенку. Если сия дама не левша, конечно... Что она начнет стрелять, я не опасался. Но и выкрутасов с приставленным ко лбу стволом в стиле "или едешь со мной, или остаешься здесь навечно" видеть не хотел.
- А теперь, если прелюдия окончена, то давайте к делу. Почему вам понадобился именно старый облезлый хорек?
Я знал несколько хороших ребят, вылетевших в те времена из органов незадолго или немногим позже меня. Тот же Тунгус... черт знает, почему он взял именно такой позывной - парень был рыжим, как сказочный Антошка. Еще был Змей, но его я знал не так хорошо. Зато о его делах был наслышан. По Авдееву, замминистра промышленности, он вообще сработал чисто, как родниковая вода. Не уверен, что смог бы так же.
И в выборе работы они были куда менее привередливы, что главное.

+3

7

Янга даже не рассчитывала на то, что ее рассказ хоть как-то заставит Хорька измениться в лице, вздыхать, ахать и вопрошать, откуда же она все это знает? Однако кажется основная цель, ради чего все и затевалось, была достигнута. Разумеется, пока невозможно было понять, согласится он или нет, но начало было положено. Александр Львович согласился хотя бы с тем, что он Александр Львович, а не пропавший без вести несколько лет назад несчастный Андрей Легков. Вместе с этим он автоматически признавал и то, что был весьма популярным киллером в свое время и что обладает отличными навыками. Это Хоггарт удовлетворило.

Что же касается согласия, у Янги был еще припрятан козырь в рукаве, точнее - в кармане, куда она снова убрала телефон, прежде чем подняться. Что же, нелюбезность за нелюбезность. Раскушенный Хорек перестал притворяться дружелюбным огородником и резчиком по дереву, и коротко приказал женщине ступать за ним. Пассаж про: "орать на всю улицу" Янга предпочла пропустить мимо ушей, ибо была уверена, что говорила максимально тихо. Тем более, она точно знала, что орать - это вообще не про нее.

Нельзя сказать, что сердце Хоггарт не дрогнуло, когда она поняла, что скоро останется с профессиональным убийцей один на один в замкнутом помещении. Однако, рассудила она, если ее убьют, ей же будет уже глубоко безразлично на начатое дело. А отступиться от него, пока она жива, Хоггарт не сможет, характер не тот. Ей удалось сохранить самообладание и не потянуться к пистолету, чтобы проверить, там он или нет. Во-первых, он совершенно точно был там, об этом напоминала тяжесть. Во-вторых, она знала: Хорек заметит ее колебания. И, наверняка, посмеется. Тем более, в доме оружие ей мало бы чем помогло, особенно, когда они будут слишком близко. А сблизиться придется, видео ждало своего часа и телефон будто прожигал карман брюк, утяжеляя его по другую сторону от пистолета.

Войдя в дом, Янга отметила, что он не сильно-то походил на обиталище старого холостяка, но и не был прибран "намертво". Обычная комнатка, в меру обжитая, но без излишнего хаоса. Кухня тоже чистенькая, и видно, что пользуются ей с умением и  любовью. Если бы Хоггарт умела умиляться, она бы умилилась. Но, вместо этого, женщина переставила стул, усаживаясь рядом с хозяином, в полоборота к нему. Вид из окна на ее взгляд был омерзительный, а потому больше туда Янга не смотрела. Она вытащила из кармана телефон, покрутила его в руках.

- Вопрос резонный, - вежливая, холодная улыбка, - мне показалось, что это будет справедливо. Вы ведь уже поняли, что тот, кого я хочу заказать имеет к вам непосредственное отношение. Не стану скрывать, я действую отнюдь не из благородных побуждений, думаю, это скорее по вашей части. Этому человеку принадлежит пятьдесят процентов акций одной крупной компании. Вторая половина моя. Мне бы хотелось иметь все. Если человека не станет, так оно и случится, ибо его наследник абсолютно неуправляемый подросток... И, если честно, у него могут быть на то свои причины. Акции перейдут к заместителю директора, но он уже видел это видео и полностью на моей стороне. Дело за малым, мне нужно, чтобы его не стало.

Она положила телефон на стол, подключила наушники, один протянула хозяину.

- Прежде, чем мы начнем, хотелось бы предупредить вас о двух вещах. Первая: какое бы решение вы не приняли, оно изменит вашу жизнь навсегда. Вторая: видео не из приятных.

Янга коснулась пальцем треугольничка на экране. В наушнике заиграла бравурная музыка, множество детей с шарами стояли в красивых костюмах и с обожанием смотрели на толстенького, низенького человечка, вещающего с трибуны.

- Дарить всегда приятнее, чем получать! - произносил восторженный голос. Хорек не мог не узнать его и мужчину, которому он принадлежал, - именно поэтому мы собрались здесь. В ваших комнатах вас ждут сюрпризы.

Янга барабанила пальцами по столу, видео было ей знакомо до последнего кадра.

- Новая одежда, игрушки, учебники и книги! В холле теперь есть телевизор, а к нему игровая приставка... не разбираюсь в моделях, вы молодые, вам лучше знать...

Дети весело рассмеялись.

- Но, в одном можете быть уверены точно, это вещь последнего поколения.

Толпа взвыла от радости, торжественная часть, снятая в цвете оборвалась. Янга поставила видео на паузу.

- Дальше не интересно, там будет банкет и тому подобное. Поэтому мы склеили видео, и это был единственный монтаж, к которому мы прибегли.

Черно-белые кадры камеры слежения. Достаточного качества. Запись звука. Янга настаивала чтобы надо всем этим поработали профессионалы, они, под видом ремонтников проникли в комнату отличницы и установили необходимую технику. Хоггарт знала, что он не будет скрываться. Жирный довольный ублюдок, полностью уверенный в своей безнаказанности.

Дверь открылась, в комнату вошли двое. Оратор с трибуны и подросток.

- Алиса Рохлева, шестнадцать лет, - скучным голосом поведала Янга.

- Я знаю, что ты хорошо училась, - дверь плотно закрылась, - и мне интересно, хорошо ли ты себя вела? Для отличников у меня приготовлен особый сюрприз, но если ты огорчала воспитателей, я тебе его не дам.

- Ну, не знаю... - помявшись, ответила девочка, - может и было что-то...

- А скажи, как с тобой здесь обращаются? Не бьют? - озабоченно спросил мужчина.

Алиса отрицательно помотала головой.

- А давай мы с тобой проверим и твое поведение и то, как тебе тут хорошо живется? Ты будешь хорошей девочкой, разденешься и дашь мне на себя посмотреть. А я отдам тебе подарок.

- Эй... - в голосе подростка послышалась паника, - вы чего? Михаил Эдуардович, вы чего! Не надо! Я кричать буду!

- Не будешь, - уверенно возразил мужчина, - иначе квартиры тебе после выпуска не видать, жизнь твою я превращу в ад, можешь не сомневаться, - он резко вскинул руку и схватил девочку за плечо, пихнув ее на кровать. Та, брыкнувшись, попала Михаилу в живот ногами. Сдавленно засопев, он прижал ее к матрасу всем телом, - да что ты ломаешься, я знаю, вы тут давно не целки!

Дальнейшее содержание видео комментариев не требовало, и Янга отвернулась к окну. Вид там все-таки был лучше, чем то, что происходило на экране. Когда видео завершилось, тем же скучным голосом женщина сказала:

- Алиса никогда ничего никому не расскажет. Ей не поверят, ведь Михаил благодетель для этого детского дома. И она очень боится остаться без квартиры. Кроме того, в пятнадцать лет ее уже изнасиловал один парень, можно сказать, ничего нового она не пережила. Есть информация, что Алиса не первая жертва Михаила. Кто-то был намного младше ее, тоже отличницы, а бывало, и отличники. Всем Михаил предлагает себя в качестве подарка. Он полностью уверен в своей безнаказанности.

Безумно хотелось курить, однако Янга передавила это желание.

- А теперь немного о будущем. В будущем компания будет расти, количество облагодетельствованных дет. домов шириться, у Михаила появится много пространства для охоты. За успехи в обучении дети будут продолжать получать подарки. Точнее один, какой - вы видели.

Отредактировано Sulmeldir (2018-07-13 22:27:12)

+2

8

Нервничает. Я чувствовал это всей своей шкурой. Пусть и превосходно держит марку.
Зря. Я, конечно, кое-что могу и в ближнем бою... но специализация у меня совсем другая. Снайпер. Один выстрел с заранее подготовленной позиции. Никаких масок, пистолетов с глушителем и трупов, отдавших концы в собственных бассейнах. Если требовалось достать какую-то гадину в ее укрепленном гнезде, здесь я ничем помочь не мог.
Такая работа была для Тунгуса. Проникнуть за периметр, обойти охрану (причем так, что та, как впоследствии оказывалось, и не видела ничего), отрубить видеокамеры и красиво пустить "объекту" пулю в голову. Вторую - в грудь. Фирменная двоечка, мой некогда лучший друг любил рисануться. Может, и любит до сих пор... если он еще не в могиле и не в камере.
Впрочем, я не уверен, что хочу знать о его судьбе. Просто потому, что Серега до сих пор для меня много значил. Мы были одногодками, служили в одном отряде, по его милости меня когда-то прозвали Хорьком... смешная, кстати, история, но не для этой ситуации.
И именно он предложил мне заняться тем же, чем я занимался и раньше - только за большие деньги и без одобрения государства.
Усаживаться напротив, как ей было предложено, Янга не стала. Передвинула стул и разместилась рядом. Я не возражал: помнил, что она хотела что-то там показать.
Так пусть попробует.
Но она решила сначала все же ответить на мой вопрос.
- Вопрос резонный, мне показалось, что это будет справедливо.
Какое благородство. Я не сдержал усмешки, проискочившей по губам. Куприянов насолил не мне одному. И желающих лично вогнать пулю ему в грудь было ох как достаточно...
Три человека из нашего с грохотом расформированного отряда так точно. Моя бессменная напарница Ласка, Тунгус... я сам когда-то. Теперь же мне это казалось бессмысленным. Мне не станет лучше, если я пристрелю эту падаль. Прошлое не отмотать назад. И не вернуть ровным счетом ни-че-го. Не поднять из могил людей, не скинуть с плеч десяток с лишним лет...
- Не стану скрывать, я действую отнюдь не из благородных побуждений, думаю, это скорее по вашей части...
Не сказать, чтобы я впечатлился, но пару очков это ей все же добавило. Мало кто напрямую признается, что ему просто-напросто мешает конкурент, не юля и не изыскивая оправданий.
На это я мог бы сказать много всякого разного, тем более, что на языке крутилось приличное количество вариантов... но не стал. Пусть человек изложит, что хотел, спокойно. В конце концов, он так долго сюда добирался...
- Акции перейдут к заместителю директора, но он уже видел это видео и полностью на моей стороне. Дело за малым, мне нужно, чтобы его не стало.
А вот это уже напомнило мне банальный маркетинговый ход. "Десять человек уже купило наш товар и они остались довольны, выбор за вами!"
Хотя, такая аналогия здесь не слишком уместна.
Телефон, который Янга до этого крутила в руках, ложится на стол. Приличных размеров, из числа тех, что ехидно называют "лопатами". Вставила в разъем наушники; один оставила себе, мне протянула второй. Я принял, впрочем, не спеша вставлять в ухо.
- Прежде, чем мы начнем, хотелось бы предупредить вас о двух вещах. Первая: какое бы решение вы не приняли, оно изменит вашу жизнь навсегда. Вторая: видео не из приятных.
Интересно, что это - намек на то, что в случае отказа я отправлюсь на ближайшее кладбище? Ну так сказала бы об этом прямо. Подобный пафос уже начинал если не раздражать, но вызывать легкое, но прекрасно ощутимое отвращение. Мишура, за которой скрывается все та же грязь. Вполне себе прозаическая.
На предупреждение я лишь кивнул, принимая к сведению. И невольно прикидывая, что же там у нее такого. Удивить меня было сложно.
Я был в Чечне. Пусть и недолго, несколько месяцев, но видеть довелось всякое. Что остается от пацана, наступившего на "лягушку" и не успевшего даже это заметить. В каком состоянии возвращаются из плена наши ребята. Во что превращаются те, кто не возвращается...
Янга нажимает на воспроизведение, и наушник отправляется на предназначенное ему место. Хотя я почему-то уверен, что преспокойно мог бы обойтись и без звукового сопровождения. Смысл вряд ли бы сильно изменился.
Знакомые все лица. Точнее, харя. "Лицо" еще в те года было словом слишком громким.
А разжирел он. Разжирел. Точно боров. Полысевший, но по-прежнему бодрый боров. Даже интонации у него остались точно такими же, как я их помнил. Снисходительные, эдакий добрый дядечка, говорящий с несмышленышами.
Помню, меня все интересовало, как он общается с вышестоящими...
В остальном же я не испытывал ничего, кроме холодного равнодушия. Перегорело, причем давным-давно. Сейчас я даже патрон бы на него пожалел, в то время как раньше с удовольствием пустил бы эту обвисшую, в жирных складках кожу на ремни.
Пауза, затем следует пояснение от "киномеханика":
- Дальше не интересно, там будет банкет и тому подобное. Поэтому мы склеили видео, и это был единственный монтаж, к которому мы прибегли.
- Учту.
По правде говоря, мне было все равно.
Кадры видеонаблюдения, в классическом черно-белом варианте. Комната, судя по обстановке, принадлежащая подростку. А вот и хозяйка. В компании едва не лучащегося Мишико.
В душе шевельнулось смутное подозрение, но делать поспешные выводы я не привык.
- Алиса Рохлева, шестнадцать лет.
Как моей Оле... Но ей, в отличие от этой девочки, шестнадцать будет всегда.
А дальше я смотрел с каменным лицом, не отводя взгляда. До тех пор, пока видео не оборвалось, предлагая прокрутить его снова.
Я вытащил наушник. Медленно и аккуратно положил на стол.
Сплел освободившиеся пальцы... чувствуя, что они отчаянно желают что-нибудь раздавить. В идеале - кадык одного конкретно взятого человека. Если до него еще можно добраться через несколько подбородков.
Я откинулся на стуле, не смотря на Янгу. Пальцы автоматически выбивали дробь по столешнице. Резкую и немелодичную... разве что иногда неосознанно сбивавшуюся на имперский марш.
Пожалуй, впервые я действительно не знал, что мне делать.
Чертова винтовка не принесла мне ничего хорошего. И если я возьмусь за нее снова, не принесет. Истории про наемных убийц кончаются хорошо исключительно в дурных сериалах.
Либо тюрьма, либо земля, одно из двух. Черта с два кто-то даст старому хорю дожить свой век спокойно.
Но смогу ли я жить спокойно, зная, что творит этот ублюдок?
Нет.
- "Белая Стрела", якобы вершащая справедливость за гранью закона - легенда, - вполголоса, сам себе, произнес я, смотря в окно, когда гостья закончила свою речь. - Не было ее никогда. Хотя... иногда мне кажется, что командование создало ее в нашем лице. Спецов, вышвырнутых на улицу в свободное плавание.
А что? Очень удобно. Крайне. Никто и никогда не свяжет наши действия с их интересами. Об этом я задумывался не раз и не два.
Но какого черта говорю все это сейчас?
А пес его знает. Просто не получается молчать. Наверное, слишком долго у меня не было собеседника, знавшего, кто я такой, чем жил... перед которым если и нужно играть, то лишь самую малость.
- И, кажется, эта идея действительно работает. Но за все время я понял лишь одно. Мразоты, даже если денно и нощно ее вычищать, в нашем мире меньше не становится. Свободные экологические ниши долго не пустуют.
Не говоря уже о том, что этот, с позволения сказать, "вид" только эволюционирует. Становясь все жаднее, изощреннее...
Я взялся за стоящую у окна двухлитровую банку, снял лежащую донцем кверху крышку. Налил воды в кружку, отхлебнул. Свежая, буквально час назад накачанная со скважины. Правда, уже согревшаяся до комнатной температуры.
Поставил банку (не кружку же, из которой только что пил, предлагать) перед Янгой в качестве жеста вежливости и продолжил:
- А что будет потом, когда сей господин отправится на свидание с чертями? Его место займете вы? Нет, я верю, что вы не будете насиловать подростков, - спокойно и вполне серьезно, - уже что-то. И я не спорю с тем, что эта сука давно уже выбила себе билет на экспресс в ад. Меня интересует, к чему приведет его отправка туда.
Но я не тороплюсь стать тем проводником, что покажет ему его верхнюю полку у туалета и выдаст постельное. Нужно подумать, как бы цинично это ни звучало. Да, даже мое собственное нутро упорно против этого протестует... но так будет лучше. И правильнее.
Нужно решить, что для меня ценнее. И понять, чего в самом деле хотят от меня наверху. Пять лет назад я посчитал, что мне недвусмысленно сказали "хватит", взяв полную цену за мои похождения. Но теперь...
- И еще один вопрос. Почему вы не слили запись в интернет? Менты бы не смогли остаться в стороне, особенно если поднимется шум... И наш общий знакомый, - называть его по имени не было никакого желания, - был бы даже хуже, чем мертв. Не верю, что вас настолько заботит репутация девочки.
Когда в деле замешаны миллионы рублей (хотя скорее - долларов), никому не будет дела до какой-то девчонки из детдома. Она уже послужила расходным материалом: я был уверен, что камеру поставили люди Янги, прекрасно зная, что произойдет под ее прицелом. Какой смысл им был щадить ее дальше?
Никакого.

+3

9

На усмешку мужчины, Янга ответила улыбкой. Этот неразговорчивый убийца становился ей симпатичным. Не в том смысле, в котором, обычно, маленькие девочки влюбляются в плохих и опасных парней, а как исполнительный, честный человек, который наверняка держит свое слово. Такие люди были самими удобными с точки зрения Хоггарт, и именно такими она старалась окружать себя. Им главное было дать благородную цель и никогда не обманывать их доверия. С остальными - Янга называла их крысами и змеями, можно было вести сколь угодно коварные игры, подсиживать их, обманывать, плести интриги и для всех это было в порядке нормы, такова жизнь, не ты, так тебя. Но таким, как Александр Львович врать было крайне вредно для последующих отношений и, в редких случаях, для жизни. Такие люди - волки, легко подсаживались на крючок благородства, но всегда имели какие-то свои принципы, которые были для них превыше всего, и отстаивали их до последнего, не смотря ни на что. Заведешь волка в своем зверинце - можешь быть уверен, что он будет предан, но лишь до первого твоего предательства.

А еще это были очень редкие кадры. За всю жизнь Хоггарт встречались человека три. Один сейчас сидел рядом. Вот еще одна причина, по которой Янга обратилась именно к Хорьку. К остальным такого доверия не было, за ее спиной они вполне могли бы сыграть в какую-то свою игру, либо поднять ставки, либо съехать в самый неподходящий момент, банально забрав задаток и исчезнув с горизонта. Об этом Хоггарт, конечно, Хорьку не скажет - зачем перед ним чернить память старых друзей? Да и не нуждается Александр в лести.

А видео-то попало в точку, кажется. Краем глаза, еще до того, как отвернуться к окну, Янга наблюдала за мужчиной. Тень узнавания мелькнула в его глазах и все же, он оставался равнодушным. До кульминации. До того момента, ради чего все это и было затеяно. Конечно же опять - никаких внешних признаков, кроме, разве что пальцев, выбивающих по столу какой-то рваный ритм, иногда сбивающийся на что-то более мелодичное, и все же абсолютно незнакомое.

И когда Хорек заговорил, Янге показалось, что он уже согласен, хотя речь шла о весьма далеких от заказа вещах. Откровенность. Надо же. Желания пуститься в воспоминания, пусть весьма краткие, почти ничего не сказав толком, Хоггарт не предугадала. Она не думала, что Алексей выйдет с ней на диалог. Но, слушала внимательно. Хотелось чем-то заглушить крики, недавно раздававшиеся в наушниках.

- Как говорила моя знакомая, - произнесла Янга, со свойственным ей безразличием. Она даже не пыталась изобразить какую-то теплоту в голосе, знала, что это все равно не получится, и будет звучать фальшиво. Так фальшиво, что даже дурак поймет, а уж Хорек тем более, - она правда сумасшедшая кошатница, поэтому не думаю, что ее слова имеют какой-то вес. Так вот, она говорила: всем не помочь, но помоги кому можешь.

Голос Янги чуть дрогнул, но отнюдь не от чувственности произнесенной фразы, а просто потому, что ей подумалось, что несет она полную чушь. Господи, неужели где-то в мире еще остались люди, которые действительно в это верят? Которым не наплевать? Которые готовы жертвовать собой? Почему они еще не вымерли, ведь, очевидно, что это тупиковое звено эволюции в мире, где сильный ест слабого?

- Эта же экологическая ниша точно останется не занятой, - подумав, Янга добавила, - пока я стою у руля компании. Дальше поручиться не могу. Спасибо, - чопорно сказала она, то ли на предложение банки с водой, то ли на выказанную веру в то, что ее не интересуют юные тела детдомовских воспитанников. Воды она, сама не ожидая, отхлебнула через край. Пить хотелось, но это можно было перетерпеть. Куда хуже был мерзкий привкус, почему-то появившийся во рту после просмотра видео. Хотя рот, казалось бы, вообще никакого отношения к этому не имел.

Вода была теплая, но вкусная, и хорошо утоляла жажду. Только потом к женщине пришло запоздалое понимание того, что она не кипяченая, и вообще, не понятно, как давно мыли эту банку и каким образом? Может, с песком потерли, в деревне, кажется, так принято? Фыркнув от злости на себя - с какой стати она вообще начала творить эти глупости, Хоггарт отставила воду, возможно, стукнув донышком банки по столу чуть сильнее, чем ей хотелось. Сплетя пальцы и положив руки перед собой, она вдохнула. Наконец-то закончен разговор о морали и можно перейти на деловой тон, говорить о материальных вещах, которые ей, Янге, понятны куда больше, чем человеческие отношения и которые, обычно, имеют куда больший вес.

- Итак.  Что касается вас, Александр Львович, то есть два пути развития событий. Я бы очень хотела предложить вам должность начальника службы безопасности в моей компании с хорошим окладом. Тот человек, который работает сейчас, скоро уйдет на пенсию. Есть пара достойных ребят, но они все-таки дуболомы, не способны к тонкой мыслительной работе. О вас я почитала, вы достаточно умны и, не стану скрывать, принципиальны, а это всегда было мне приятно. Таким образом, вот первый вариант. Второй - вы остаетесь здесь или, если не доверяете мне, уезжаете в любое другое место, денег у вас на это будет достаточно. Дальше занимаетесь поделками - как я уже говорила, они весьма неплохи, и я больше никогда вас не трогаю. В обоих вариантах вы получите хорошую сумму денег. В моих силах так же уничтожить лист вашей характеристики и поднять ваши оригинальные документы так, что к ним комар носа не подточит. Сможете выйти на любую работу в любой должности, если заскучаете здесь и захотите переехать в город. Сумму оглашу после вашего непосредственного согласия.

В горле снова пересохло. Слишком много приходилось говорить, обычно, Янга отделывалась рубленными короткими фразами или, даже, отдельными словами. Еще уютный деревенский пейзажик, обстановка домика навевали на нее раздражающую тоску. Ее мир был миром высоких небоскребов, суеты, пробок, а деревни. Они тоже должны вымереть, прогресс не остановим. Романтики, считающие иначе, просто не переросли юношеского максимализма.

- Думаю, судьба компании вас вряд ли интересует. Единственное, что замечу, второй дет. дом будет взять под опеку, как и последующие и будет получать помощь. Что касается девочки, Алисы, ей будет проще жить, зная, что преступник мертв. По крайней мере, она больше не станет бояться его визитов. С ней сейчас очень аккуратно работает психолог. Не бюджетный, нанятый мной. Он, к сожалению, по понятным причинам не может дословно объяснить ей, почему заинтересовался девочкой, но, скоро, думаю, она сама все расскажет и они начнут плотно прорабатывать эту проблему.

Янга развела руками:

- Я буду отслеживать ее судьбу. Или вы, если поступите ко мне на работу. Из деревни, понимаете, это будет делать сложно.

Ей хотелось напомнить, что у Александра была дочь, ровестница Алисы, но она не стала этого делать. Не хотелось пережимать, так крепко давить на воспоминания. Казалось, что Хорек может окрыситься, снова замкнуться, решить, что им не просто манипулируют, а манипулируют нагло, не гнушаясь даже памятью его ребенка. И еще одно Янга не сказала. Не сказала, потому что подтверждений этому не было, так слухи и сплетни, и потому что не хотела, чтобы Александр это знал, и потому что поняла, что тот вряд ли поверит, хотя после такого видео... Но, поговаривали, что когда он пригласил начальника в гости на какой-то праздник, тот пытался распускать руки с его дочерью. Спугнул кто-то из гостей, проходящий мимо.

- Вы задаете хорошие вопросы. Так дела решаются, но не в таком масштабе, хотя я рассматривала этот вариант. Во-первых, связи Куприянова может и не столь сильны, как мои, но весьма близки к этому. Меня вряд ли вычислят, но люди возле меня, которые помогли с этой записью, могут пострадать. А они мне еще будут полезны... - она пожала плечами, как бы извиняясь за свой цинизм, - если же голова умрет, туловище шевелиться не будет, ни ко мне, ни к Куприянову никто не испытывает нежных чувств и никто не станет жалеть. Даже его сын. Думаю, вы понимаете, почему. Во-вторых, он легко отмажется. Подкупит суд, экспертов. Денег у него хватит. В-третьих, вы ошибаетесь, - она надавила на последнее слово, - судьба девочки меня интересует. Вы, наверное, думаете, что я так легко пожертвовала ей? Возможно. Но, вы бы мне не поверили без записи, это раз. Два, что я должна была сделать? Ворваться как рыцарь и сказать: ай-яй, Куприянов? Попросить полицию устроить засаду? Да ладно, они все равно не смогли бы дернуться без факта непосредственного проникновения, иначе отмазки: шел, подскользнулся, упал на кровать, случайно хер воткнул. Девочка пострадала, но не пострадают другие, хотя бы. Пусть знает, что ее обидчик мертв. Пусть знает, что других жертв не будет.

Янга поймала себя на том, что тяжело дышит и сжимает пальцы в кулаки. Она расслабилась. Распрямила ладони. И снова сказала, холодно и спокойно.

- Как вы понимаете, другого выхода не было.

Отредактировано Sulmeldir (2018-07-15 22:45:27)

+2

10

Янга не стала морщиться и сразу же возвращать разговор в исключительно деловое русло. Чем, признаться, меня удивила. Я и не думал, что ее интересует хоть что-то, кроме.. как бы тавтологично не звучало, собственных интересов.
- Как говорила моя знакомая... она правда сумасшедшая кошатница, поэтому не думаю, что ее слова имеют какой-то вес. Так вот, она говорила: всем не помочь, но помоги кому можешь.
- Подчас у кошатниц бывает больше ума, чем у крупных ученых, - усмехнулся я, не удержавшись от легкой шпильки. Пусть и в последний момент заменив "бизнесменов" на "ученых". Ну не верит же она в то, что говорит. Ни капли. И для кого это? Для меня?
Нет. Скорее, просто для такого зверя, как "поддержание разговора".
- Эта же экологическая ниша точно останется не занятой... пока я стою у руля компании. Дальше поручиться не могу. Спасибо.
Смешно, но эта честность уже начинает подкупать. Я и впрямь ценил, когда со мной и на моих принципах не пытались играть... хоть в каком-то отношении. Ибо несколько возможных подвохов в свой мысленный блокнот я уже записал, будучи не против прояснить ситуацию. И подвохов таких серьезных... жирных.
Банку Янга, как ни странно, взяла. Даже отпила. Правда, уже через секунду на ее лице мелькнуло такое выражение, словно б такого поведения от себя не ожидала даже она сама. Или попросту усомнилась в чистоте посуды.
- Простерилизованная, - на всякий случай заметил я, не упоминая, что простерилизована эта банка была прошлой осенью, когда соседка - Зинаида Ильинична, закатывала туда варенье. Вкусное было, кстати, смородина...
Варианты оплаты моих наемничьих услуг я выслушал спокойно, позволив себе лишь горькую усмешку. Деньги, деньги... кого мне содержать на эти деньги? Себя? Мне не надо было многого, и Янга должна была это понимать. Такая аскетичная жизнь меня устраивала, иначе б я избрал иные условия для существования. Благо моих накоплений - точнее, того, что от них осталось после перевода большей их части на счета нуждающихся в срочном и сложном лечении людей - хватило бы и на квартирку где-нибудь на городской окраине.
Не купил я ее только потому, что понимал - сдохну совсем уж без дела. И быстро.
А может, все-таки вернуться в город, найти какую-нибудь тихую работку... купить хорька, как в старые добрые.
Я невольно улыбнулся, вспомнив "подарочек" Тунгуса. Серега тогда невесть где раздобыл здоровенного, красивого хоря, которого пытался втюхать всем сослуживцам, мотивируя это тем, что животину нужно срочно пристроить. Согласился только я... не зная, что дожидаться меня с работы зверь и не подумает, а выберется из шкафчика и пойдет бродить по всей базе.
Ловили тогда его часа три точно. А когда доведенный до ручки командир грозно задал вопрос "чья зверюга?", Тунгус невинно ткнул пальцем в меня...
Станешь ли тут кем-то, кроме Хорька?
Но размышлять я буду потом, а сейчас моего внимания требовала госпожа Хоггарт. Которая перешла от материальных плюшек к моральным.
- ...С ней сейчас очень аккуратно работает психолог. Не бюджетный, нанятый мной. Он, к сожалению, по понятным причинам не может дословно объяснить ей, почему заинтересовался девочкой, но, скоро, думаю, она сама все расскажет и они начнут плотно прорабатывать эту проблему.
Угу... мы сделали все, чтобы она заработала моральную травму, а сейчас сделаем все, чтобы ее вылечить. Просто прекрасно.
Во рту возник отчетливый привкус желчи. По правде говоря, было противно.
Понять - одно, принять - совершенно другое.
Но гостья продолжала меня удивлять. Сколько еще сюрпризов спрятано в этой женщине?
Скажи мне кто-нибудь раньше, что она умеет изъясняться простым человеческим языком - я б не поверил. Тем более с такими интонациями... словно б оправдываясь за принятое ею решение и его последствия.
Игра это, или под бесстрастной личиной все-таки скрывается человек?
Сжатые в кулаки красивые, ухоженные пальцы расслабляются. А затем следует по-прежнему холодное:
- Как вы понимаете, другого выхода не было.
Медленно кивнул и ненадолго задумался. Резко, отрывисто щелкнул пальцами.
Переведем тему разговора.
Я не был намерен давать ей и дальше давить на себя, тем более что точки она нащупала ох как хорошо. Нечего. Включаем режим циничного наемника и ломаем сложившийся светлый образ.
Тем более, что ее ответы меня и впрямь интересовали. Не потому, что мне так уж дорога собственная шкура... просто. Хотелось бы знать все детали.
Я облокотился на стол.
- А теперь о моем видении событий.
Не менее жестко, чем до этого говорила Янга.
Пальцы складываются в домик, темные глаза чуть щурятся, не отрываясь от ее лица.
- Опущу часть с видео и вашими мотивами, она у меня сомнений не вызывает. Поговорим о том, почему именно я. Профи? Да, но есть люди, работающие лучше. Не кину? В нашем деле кидают только мелкие авантюрные сошки, которым не дорога своя жизнь.
В принципе, кое-какие фортели мог выкинуть и я сам. Но если только потребует выполнение задания. Не больше. Поэтому такое случалось крайне редко.
- Итак, почему именно старый хорек, который уже мог и забыть, как правильно держать винтовку? - вопрос, на который я сам же и давал сейчас ответ. - Я, говоря простым языком, неучтенка. Капитан Туманов мертв, а его обгорелые останки мирно лежат на кладбище. Заведенные дела, конечно, еще находятся в производстве... но в качестве глухарей. Еще лет пять-семь - и по ним истекает срок давности. К тому же, я в них никак не фигурирую. Если только в качестве подозреваемого.
Задумчивый взгляд в окно. Надо будет все-таки скосить эти заросли, раскинувшиеся под самым забором, эстетики внешнему виду они не добавляют.
- Крайне удобно, не правда ли? Можно сдать ожившего Хорька ментам. Которые не станут искать заказчика, учитывая, что у этого самого Хорька есть личные мотивы для расправы. А в тюрьме... как знать, что может произойти в тюрьме? Да даже и в СИЗО.
Нам ли обоим не знать, как там делаются дела. Можно грубо - в петельку, а потом дать охране по шее за неизъятые шнурки от ботинок. Можно чуть мягче - посадить в камеру к туберкулезникам... или в ту же пресс-хату закинуть, на свидание к мускулистым и агрессивным профессиональным уголовникам.
- Или второй вариант. Сразу в деревянный костюм. Даже удобнее. Никто не хватится. И сам киллер никому и никогда уже ничего не расскажет.
Я чуть кивнул сам себе, словно подтверждая - высказал все, что хотел, и рывком разомкнул пальцы. Снова взглянул на Янгу, дожидаясь ее реакции.
- Что до заказа. Мне надо подумать, - коротко сказал я, не оставляя пространства для возражений, и поднялся. Крыша дома давила, и из-под нее хотелось выбраться. - Полагаю, время у вас есть, раз уж вы явились сюда лично.

+2

11

Колкость про кошатниц Янга приняла спокойно, даже чуть улыбнувшись и пожав плечами. Что поделать, она такая, кто-то другой. И не ему, пускай благородному, но все-таки убийце, судить о ее моральном облике. Но, все это было уже далеко от дела. Хоггарт, почувствовав, что начинает эмоционально откликаться на слова Александра, живо обрубила это нездоровое тяготение. Она пришла разговаривать о деле, ехала в эту чертову даль, терпела эти провинциальные пейзажи не для того, чтобы обсуждать моральную сторону вопроса. По крайней мере, за пределами рамок, которые были необходимы, чтобы убедить Хорька. И так подобрались к этим рамкам слишком близко.

- Простерилизованная, - Янга вздохнула. Она была готова ко многому, понимала, что Александр профессионал. Но черт, неужели за годы своей жизни ей так и не удалось контролировать свои эмоции настолько, чтобы их не могли прочитать вот так, с первого раза. Может, опять виновата чертова деревня? Под ярким светом ламп, на приемах, переговорах, обычно никто не мог понять, что чувствует или о чем думает эта женщина, и Хоггарт это всегда было на руку. Теперь же ее читают как открытую книгу, да еще и подкалывают. Янга задавила секундную злость, не хватало, чтобы Хорек и это заметил. Внутренне усмехнулась.

"Спокойнее, спокойнее..." - заметила она про себя, - "Александр Львович не прост, но ведь так даже интереснее".

Давно ей не встречались такие проницательные люди. Янга уже представила, как он будет смотреться на посту начальника службы безопасности и удовлетворенно улыбнулась. Если согласится, конечно. Жаль пропадать такому таланту в этой глуши, хотя, - она вспомнила поделки во дворе, - Хорек, конечно, удивительно многогранная личность.

Щелчок пальцев как сигнал к вниманию. Александр боролся с собой в мыслях и теперь, наверняка, пришел к какому-то решению. Время отбросить эмоции, отбросить все, что было до этого и ответить на вопросы. А вопросов, Янга заметила это сразу, у Хорька наверняка накопилось немало.

- А теперь о моем видении событий.

Какой жесткий тон. Он нравился Хоггарт куда больше, чем простодушное дружелюбие. Таким тоном уже можно обсуждать серьезные вещи.

- Опущу часть с видео и вашими мотивами, она у меня сомнений не вызывает.

Янга коротко кивнула. Это было приятно, даже не смотря на то, что дальше, наверняка, последует целый ворох сомнений. Что же, она была готова развеять их все, ибо была полностью уверена в себе, в своих планах и... в Хорьке, как ни странно? Если возьмется за работу, доведет ее до конца. У нее было достаточно времени, чтобы изучить этого человека заочно и теперь, воочию, она видела, что не ошибалась. Что впрочем, не являлось для Янги новостью.

- Интересное видение ситуации, имеющее право на жизнь, конечно же, - дождавшись, пока Хорек закончит, протянула Янга, - но, ваше представление о моем коварстве, - черт, Хоггарт никогда бы не подумала, что скажет это, - сильно завышено. Я предпочитаю не делать людям подстав, если ситуация того не требует. И именно поэтому я выбрала вас, Александр Львович. С вашими коллегами, боюсь, мне пришлось бы обезопасить себя подобным образом. Извините, я не слишком высокого о них мнения. Благородство, которое, как вы думаете, я ни в грош не ставлю, здесь играет высокую роль. Проще говоря, я уверена, что вы меня не раскроете за бОльшую сумму денег или за какие-то другие выгоды, чего нельзя сказать о ваших коллегах. Неразборчивые в работе люди обычно неразборчивы во всем. Я, конечно, могла бы взять человека со стороны, который вообще ни в чем не заинтересован, и не имеет ни к вам, ни к вашим друзьям никакого отношения. Здесь уже вопрос, который я поднимала ранее. Мне показалось, что это будет справедливо, - она положила руки перед собой, - ваша жизнь может измениться к худшему только в случае отказа. Ибо тогда, мало ли, вы захотите раскрыть мой замысел по каким-то своим мотивам. Если же вы согласитесь, то работа будет производиться на условиях, описанных ранее. Мне куда больше хочется видеть вас начальником СБ, чем трупом или зеком. Но, даже если вас это не устроит, в любом случае, ваша жизнь останется спокойной.

Янга правильно истолковала жест хозяина. Поднялась, поставила стул на место, в глубине души радуясь, что скоро вернется к цивилизации. Кусочком цивилизации можно было считать ее внедорожник, в котором она уже совсем скоро окажется.

- Думайте, конечно, - сказала она, направляясь к дверям, - у вас будет две недели. Я подъеду. Только хочу сказать, что через три недели будет церемония взятия шефства над новым дет. домом. Мне бы не хотелось еще одной Алисы.

Она вышла из дома. Уже вечерело и даже Янга должна была признать, что закат в деревне - это красиво. Она остановилась у дверей, чтобы дождаться хозяина, вытащила сигареты. Телефон жег карман и, выудив его, Янга удалила запись. Копии хранились в более надежном месте, чем ее гаджет. Огляделась, на наличие легковоспламеняющихся объектов и приняла решение закурить уже за воротами.

+2

12

Уголки губ чуть, но все же дергаются. Не совсем усмешка, скорее ее тень... но эмоции все те же.
Ненавязчивая, но все-таки угроза. Под "изменением к худшему" может подразумеваться ох как многое. Спектр широк. От проблем с документами и жильем, до визита полиции и пули в голову. Кошка на мгновение показала острые когти, и тут же вновь спрятала их в подушечках лап.
Заверениям, что мои подозрения преувеличенны, я поверил не слишком. Я не знал этого человека. Не знал, как она ведет дела. А адекватное представление о ком-либо, кого ты знаешь от силы час с небольшим... составить ох как сложно. Даже если кажется, что есть почти вся картина, за исключением разве что пары штрихов.
На заявление о "необходимости подумать" она отреагировала неожиданно спокойно.
- Думайте, конечно, у вас будет две недели. Я подъеду.
Что-то долго.
Не боится, что за эти две недели я вновь без вести растворюсь на просторах нашей необъятной родины? Тем более что это я могу сделать запросто.
- Только хочу сказать, что через три недели будет церемония взятия шефства над новым дет. домом. Мне бы не хотелось еще одной Алисы.
Как же не напомнить об этом.
Мне бы тоже ее не хотелось. Но я... не могу принять решение в одиночку.
Я вышел, пропустив Янгу вперед. Дверь закрывать на ключ не стал, просто захлопнул. Внедорожник перед воротами отпугивает желающих залезть без спросу даже лучше пса, и эффект этот развеется еще не скоро. По крайней мере, куда медленнее пыли, поднимаемой колесами этого монстра.
- Сторожи, Тунгус, - я взъерошил шерсть на макушке кобеля, попутно отстегивая цепь. - Приду через часок.
Не раньше, так что кобель остается тут за главного. Больше некому.
Одно успокаивает - за ворота он не сунется, хотя бы в этом на него можно рассчитывать. Поэтому и доверяю, давая бегать без железного довеска.
Сидеть в доме я не собирался. Определенно требовалось пройтись, размять ноги и скинуть напряжение, изредка едва ли не проскакивающее по позвоночнику электрическими разрядами. Да и думалось на свежем воздухе гораздо лучше, чем в четырех стенах. А думать придется, и много...
Захлопнул калитку, бросив взгляд на Янгу. Слегка пожал плечами - не очень люблю, когда женщины курят, но не мое это дело. Пусть дымит, если ей так хочется, главное чтоб окурки где ни попадя не бросала. Тем более незатушенные.
- Хорошей дороги, - я прислонился спиной к нагретому солнцем дереву одного из столбов и прикрыл глаза. Сначала убежусь, что она действительно уехала, а потом... может, пройду на реку, к старому мосту. Может, чуть дальше, в поля. Без разницы. Главное, чтобы там никого не было. И, следовательно, не было жужжания над ухом.
Может, в храм.
Я никогда не был истово верующим. Не стал им и сейчас. Просто приходил иногда и оставался на полчаса, в уютной тишине и запахе оплывших свеч. Не общаясь ни с кем. Отец Алексей конечно, неплохой человек - деятельный, умный, и к религии относится без фанатизма, действительно считая это служением, а не привелегией, но... это лишь между мной и Ним. Без посредников.
Мое наказание и мой крест.
Я пытался изменить свою жизнь и себя, но так и не стал кем-то иным. Я по-прежнему Хорек. Который без жалости нажимал на спусковой крючок, поймав в прицел того, кого считал не имеющей права жить сволочью. И одновременно - тот, что стоял на пороге разгромленной квартиры, ощущая лишь пустоту вместо желания отомстить.
Господи, чего ты хочешь от меня на этот раз? Чего?
От внутреннего диалога меня отвлекли на редкость бесцеремонно.
Что-то теплое ужом протиснулось мимо мной и калиткой, глухо ворча. Затем клацнули когти.
Я открыл глаза и выругался. Не знаю, каким чудом - цензурно. Относительно.
- Ах ты ж зараза!..
Тунгус, припав на передние лапы, с рычанием жевал переднюю шину автомобиля Янги. И, кажется, получал нешуточное удовольствие. Хотелось смеяться - камеру внедорожника мой кобель не прокусит в жизни - и одновременно всыпать балбесу по первое число. Я-то думал, что хорошо его выдрессировал. А он... позорище.
А не пытался ли я, как он сейчас - жевать шину, прекрасно зная, что она не по моим зубам?
Похоже, что так оно и было. Все эти пять лет.
Пса пришлось оттаскивать за ошейник. И то подчинился он рывка с четвертого, уже откровенно резкого. Прижал уши и плюхнулся мне на ноги, глухо скуля и не смотря в глаза.
- Перед ней извиняйся, чертяка, - я отпихнул пытающуюся смущенно лизать пальцы морду. - Нашел игрушку.
Пес заскулил еще громче. Наверное, чуял мое состояние... и боялся, что я брошу его здесь одного. Вот и привлек внимание таким незатейливым способом.
Хорошо хоть крыло не пометил, на это ума хватило.
Я пару секунд еще смотрел на закатное небо, а затем резко вскинул голову.
Я тот, кто я есть. И больше не буду от этого отказываться.
И если Всевышний привел к моему порогу эту женщину... может, этого он от меня и хотел?
И плевать, что для меня самого это может плохо кончиться - я давно не ценю своей шкуры.
- Янга, - приглушенно сказал я. Чисто затем, чтобы привлечь внимание. По правде говоря, с большим удовольствием обращался б к ней "по всей форме", еще и по батюшке... но раз уж она не назвала отчества, то логично - не хотела его слышать.
- Если уж на то пошло, то у меня тоже есть несколько условий.
Их у меня, по правде говоря, было немного. В основном - стандартные, которые я выдвигал каждому "работодателю". Ну и пара добавочных, которые в тягость никому не встанут...
Одна рука обхватывает грудь, другая по-прежнему лежит на голове пса.
Я принял решение. И был намерен ему следовать.

+1


Вы здесь » Naar. Dance on the verge » Небылицы » Белая стрела;


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC